Припарковавшись у знакомого дома, прокручиваю в голове начало разговора. Да, в новых обстоятельствах я при любом раскладе буду выглядеть уродом в Венеркиных глазах, но изменить уже ничего нельзя.

Набираю код домофона, сообразив, что оставил ключи в отделе. Так даже лучше: зайду, как гость.

Подмечаю быстро открытую дверь. Бестолочь! Сколько раз ей твердил, чтобы спрашивала, прежде чем впускать всех подряд! Её отец многих прижал, и желающих припугнуть зарвавшегося мужика хватает.

На этаже не успеваю поднести руку к звонку, как показывается… Нет, не Вера… Хм, даже не догадывался, что буду так счастлив увидеть незнакомого мужика в мом полотенце на бёдрах. Дарю, так сказать.

За спиной крепыша маячит испуганная Венера в откровенном халатике. Тут гадалкой быть не нужно, чтобы представить недавний сценарий происходящего.

— Рад, что не придётся объясняться. Мы, надеюсь, поняли друг друга? Кивни, Вер?

Ни сожаления, ни горечи, ни уязвленного самолюбия… Хмырь что-то выкрикивает, но минимум одежды не позволяет ему броситься за мной. А вот Венерка бежит и вроде бы плачет. Мне не хочется оборачиваться и участвовать в сюре, но… Чёрт, я тоже виноват перед ней и шёл сюда не со словами о любви и совместном будущем.

Лишь чувство вины останавливает и разворачивает к бывшей девушке. Я даже стараюсь её успокоить. Честно стараюсь, но мыслями уже очень далеко отсюда.

Вернув Веру в квартиру к возмущённому орку, набираю Есению. Хочу услышать её голос. Мне достаточно будет одной фразы просто чтобы знать: реальная! А дальше я планету переверну, но буду рядом.

Посматриваю на погасший экран, на часы и понимаю, что сорвусь: внутри буквально жжёт предчувствие.

Отличная солнечная погода портится: на пути к городу ливень топит с такой силой, что приходится сбросить скорость. Я договорился с парнями, прикроют, если кто-то спросит. Да и не одни будут, а я быстро вернусь. Только посмотрю и обратно.

Одержимость? Нет! Возражаю.

Это… Это потребность. Я ждал много лет и теперь, когда могу быть вместе, меня ничто не остановит. Ещё это предчувствие неизбежного… Объяснения нет, но тревога возрастает на каждом светофоре.

Подлетаю к отелю и бросаю машину около пафосно оформленных ступеней. Некогда осматриваться и любоваться. В холле сразу цепляю охрану и подхожу к ним с вопросом. Корочка и форма играют за мою команду, не проходит минуты, как я владею следующей информацией: Ивминская Есения сегодняшним днём уволилась после неприятного инцидента с гостем. Мужик сочувственно качал головой, из чего я сделал соответствующий вывод. Разберемся, что за птица испортила карьеру моей Ясеньке.

Итак, что мы имеем? Домашний адрес Есении, несколько пропущенных от Осипова и цейтнот со временем. Вариантов не так много: придётся возвращаться сюда завтра.

Разворачиваюсь и выезжаю на проспект. Задумавшись, пропускаю нужный поворот и решаю сунуться дворами, которых здесь в избытке. Если верить навигатору, ещё и сэкономлю минут десять.

Выкрутив руль, объезжаю лужу и попадаю в арку. Притормаживаю. Но не потому, что снова ошибся. В зеркале заднего вида мелькает до боли знакомая фигурка. Я весь настроен на неё, поэтому любая ошибка исключена.

Выпрыгиваю и бегу за хрупкой девочкой, которая сражается с потоками воды и сильным ветром. Её зонт выгибается в обратную сторону, но она упорно спешит вперёд.

— Не пугайся, милая! — Обозначаю своё присутствие перед тем, как обнять тонкую талию и потянуть в машину. Успеваю рассмотреть покрасневшие глаза и покусанные губы.

Тянет вернуться и научить «гостя» манерам, но я сделаю это позже. Обязательно. Кулаки — не лучший способ. С теми, кто издевается над девушками, нужно разговаривать на понятном языке. Я ещё со школы это выучил, когда не сдержался и приложил мажора Голубенцева, достававшего Ивминскую.

— Лёняяя… как ты? Почему ты здесь?

Сказать правду или выдать версию, что был по делам? Как лучше? Как безопаснее, чтобы не напугать?..

— Я, — начинаю, но очередной сигнал мобильного разрывает салон. — Извини, надо ответить.

Выслушав инфу, поворачиваюсь в Ясину сторону. Она рассматривает ладони со множеством мелких царапин, а я ищу выход. Первым делом врубаю печку, чтобы она согрелась, а дальше… Дальше надо рвать когти на службу: новый труп. На этот раз женский…

Я не успела испугаться, когда бегущую под потоками холодной воды, меня схватили знакомые руки. Я никогда не верила в чудеса и сказки, но сегодня, в моменте, готова поверить во что угодно.

Лёню я видела всего раз, но успела уже нарушить с ним свои установки и сблизиться на столько, насколько ни с кем и никогда. Те поцелуи, сорванные Григорием против моей воли, я не хочу помнить и не хочу считать: они были противны всей моей сущности. Омерзительны тем, что он применял силу, удерживая руки и прижимая своим телом. И пахло от него всегда резко. Дорого, но резко. Мне всегда не нравился его запах.