– Гришка, опять за своё?! – гаркнула она на мальчугана, и того как ветром сдуло.

Сразу было видно: субординацию в этом месте соблюдают и свято чтят, панически боясь нарваться на старшего по положению.

Кончив разбираться с Григорием, Клава перевела пристальный взгляд на своего возлюбленного, которого от этого взгляда окончательно парализовало. Опытная женщина почувствовала, что данный субъект полностью в её власти, и, если не сменить тон общения, может произойти авария в виде неприятной неожиданности, поэтому она хитро улыбнулась и кокетливо спросила:

– Ну что, проснулся, каторжанин?

Максимум, что сумел сделать поверженный Стаська, это глупо улыбнуться, почесать волосатую грудь и промямлить:

– Однако?!

Ему стало не по себе, грустно, обидно и противно одновременно. Он молча, стараясь не встречаться взглядом ни с одним из присутствующих, засобирался.

Подметив это, Клава очень язвительно и как можно громче (чтобы слышали соседи) завопила на всё общежитие, обильно брызгаясь слюной:

– Люди добрые, вы посмотрите на этого бабника! Женщину испортил и в кусты?! – Она провела рукой вдоль всего испорченного своего тела. – А детей кто ростить будет?

Стаську в данный момент не взялся бы описать ни один писатель или художник, настолько нелепо он выглядел и чувствовал себя. Он ужасно спешил, всё пытался найти куда-то запропастившиеся носки да приговаривал:

– Ну и палево. Во дела. Во влип. Во попадалаво.

А Клаву было не остановить.

– Ты же, подлец эдакий, вчера жениться обещал! – уверенно заявила она, надеясь этим остановить суженого-ряженого, который норовил ускользнуть из её загребущих ручонок.

Но слово «жениться» дало обратную реакцию.

– Так знаешь, спьяну, сдуру… Я там много чего мог набазарить: водка, пиво, снова водка… – испуганно лепетал он, немного заикаясь.

Не найдя проклятых носков, он стремглав выскочил в коридор в одних трусах и что было мочи бежал с одеждой в руках, боясь оглянуться, дабы не встретиться взглядом с этой коварной женщиной.

Ну что ж, пришло время подвести итог состоявшейся бандитской сходки, где все члены преступного сообщества всё же пришли к общему решению и настроились на долгую и относительно честную жизнь за границей. Объединяло их: уровень развития, отсутствие образования и специальности, склонность к тёмным делишкам. Определённая цель у них отсутствовала, они просто плыли по течению, но хотелось срубить бабла по-лёгкому и жить в своё удовольствие, ни в чём себе не отказывая. Имелся у них, как у всякой организации, даже и резервный план на случай, если что-то не срастётся. Стаська сообщил, что где-то читал или слышал, мол, в тюрьмах там и образование получить можно, да и депортируют виновника всегда за счёт государства плюс пару сотен на карманные расходы дают.

– Так что живём, братва! Мы в плюсе, как ни крути, – радостно и уверенно объявил Станислав.

А Игорь в этом вопросе пошёл ещё дальше и предложил на случай нефарта поистине грандиозный и одновременно невероятно простой в своём осуществлении план:

– Я вообще не парюсь, если что не так будет, – громко заявил он, выпуская струёй сигаретный дым. – Если какой шухер, молча выхожу на улицу, бью рыло первому попавшемуся англосу и еду в тюрьму, жрать, срать, отсыпаться и жить на халяву не хуже, чем здесь, в Литве, пенсионер или работяга.

Лучше, думаю, оставить этот план без комментариев, и так слишком много негатива написано о наших героях.

Ну а что из этого плана получилось, узнаем дальше.

Глава 5

Отстойник

День первый.

– Ну что там за геморрой?! – нервно уже в пятый раз обращался Игорь к Стаське, когда тот в очередной раз пытался дозвониться до Саулюса.

– Да хрен его знает, не отвечает, – говорил тот, раздражённо отмахиваясь рукой.

Компания уже битый час стояла на Вильнюсском автовокзале с баулами, куда было упаковано их самое дорогое барахло, пытаясь дозвониться до менеджера компании «В добрый путь», с которым Станислав имел честь и удовольствие познакомиться в местах не столь отдалённых. Но тот, видимо, когда-то зачатый в чрезвычайной спешке, был вечно занят и вне зоны доступа.

Глава банды, как и подобает человеку его ранга и уровня, по эдакому поводу – всё-таки поездка за границу и выход в люди – был облачён в парадные одежды, при всех регалиях и атрибутах власти, то есть на нём красовался новёхонький спортивный костюм фирмы «Адидас», кроссовки тоже фирменные, купленные два года назад, но находящиеся, по мнению владельца, в отличном состоянии. По такому случаю Стасик решился-таки вскрыть новую упаковку носков, которая тихонечко дожидалась этого момента где-то припрятанная в глубине шкафа. Но он остался верен своим традициям и надел эти только что распакованные носки поверх немытых ног и нестриженых ногтей.

Он усердно, стараясь до посинения, начистил перстень и цепку так, что они блестели за километр, выдавая в боссе (как ему казалось) серьёзного и солидного человека, который имеет обширные связи и в состоянии решить любую проблему. Вдобавок ко всему этому щегольству голову его покрывала кепка типа «бандитка». Вид Стаська имел воинственный, со стороны посмотрев, и не скажешь, что дурак дураком, а подумаешь, что бомбила или спекулянт как минимум.

А вот правая рука главаря, Игорёк, наоборот, стоял с широкой улыбкой на лице, которую он подхватил ещё лет в шестнадцать и которая так редко покидала его физиономию, придавая ему вид неказистого сморчка, но никак не серьёзного мафиози. Одет он был также во всё фирменное и крутое, стараясь в этом вопросе ни в чём не уступать боссу, поддерживая имидж и авторитет банды.