Ладно. Значит, ходим ищем… Какие еще у меня варианты? Разве что пожаловаться преподавателям. Но пусть это будет мой запасной план. Кстати, почему бы не поискать нашу пакость возле вон того столика с угощениями?

Сырные тарталетки, бутерброды с сыром и фигурно нарезанные ломтики сыра выглядели весьма привлекательными, особенно для человека, который с утра только и делал, что прихорашивался и забыл поесть. В конце концов, наша беглянка может там оказаться приблизительно с той же вероятностью, что и в любом другом месте в зале.

Я бочком протиснулась к выбранному столику, поглядывая по сторонам. Ничего подозрительного не творилось. Видимо, бессовестное создание пока не выбрало новую жертву.

Подобравшись к тарелкам, я ухватила микроскопический бутербродик (буквально на один кусь), но печалиться о его размерах не стала. Еды тут полно. Лучше я буду закидывать ее в рот горстями, чем гномики надорвутся, пытаясь угоститься.

С аппетитом поглощая вкусности, я не забывала следить за происходящим вокруг. Неплохая точка обзора во всех отношениях. А в компании тарталеточек вообще идеально.

— О, Теона! — раздалось вдруг рядом.

Я обернулась и наткнулась взглядом на двух старшекурсниц с нашего факультета: Зою и Хлою, одинаково рыжих и бесстыжих, в воздушных платьях из последней модной коллекции. Мы не были слишком дружны, наоборот. Вредные девчонки любили насмехаться над новенькими, придумывали им обидные прозвища и ни за что не стали бы разговаривать с кем-то вроде меня.

Однако сейчас они явно обращались ко мне. Не могу сказать, что это привело меня в восторг, напротив, я внутренне сжалась, ожидая какой-нибудь подлости.

— Как твое свидание? — пропела Зоя.

Хлоя захихикала.

— Что? — растерялась я.

Ах да, свидание…

Со всеми этими ужасными кошмарами и кошмарными ужасами я позабыла, чего ради потащилась в подземелье. Секундочку! Откуда они знают? Понимание пришло в тот же миг. Конечно… Кому бы еще оказаться автором дурацкого розыгрыша?

— Сви-дание, — по слогам повторила Зоя, сдвинув тонко выщипанные брови к переносице.

Она их так сдвигала только от злости или огорчения. Кажется, мое искреннее удивление их вопросом сыграло мне на руку!

— О чем вы? — закрепила я результат.

— О Лоранусе, — теперь опешила Хлоя. — Ты не получала записку?

— Пф-ф-ф… — я с наслаждением фыркнула. — Вы вправду считаете, что я бы повелась? Кто будет назначать свидание во время бала? Еще и столь странным способом, если можно просто подойти и сказать. Ну и глупость вы придумали. Теряете хватку!

Разочарование, отразившееся на их лицах, не стало достойной наградой за все мои сегодняшние страдания, но хоть немного их компенсировало.

Я снова повернулась к тарталеткам и увидела… Вот негодяй!

Мы с Рейнаром думаем в одном направлении. Он тоже решил, что столик с закусками — идеальный наблюдательный пункт, и теперь стоял недалеко от меня с облюбованной мной тарелкой в руках и закусывал всем тем, чем собиралась закусить я. Справедливости ради обязана отметить: в это время он бдительно посматривал на окружающих и, в отличие от меня, не отвлекался на болтовню.

Я дольше, чем следовало, задержала взгляд. Костюм на нем сидел хорошо… Впрочем, такую ладную, подтянутую фигуру даже некромантский балахон не испортит.

— Да, ты небезнадежна, — обманчиво ласково ввернула Зоя. — В том плане, что прекрасно понимаешь, что Лоранус тебе не светит.

— Тебе вообще никто не светит, — поддакнула Хлоя, — кроме гномика-осветителя при чистке люстры.

Стало обидно. Прямо очень! И не похоже, что они от меня отстанут.

Вдох, выдох, с трудом сохраненное спокойствие. Мне нет до них никакого дела. До их мнения — тем более. Я… я… не буду обращать на оскорбления внимания. Или это будет свидетельством того, что я тряпка? Причем одинокая, без швабры.

Пожалуй, последнее слово должно остаться за мной! Пока я подбирала это последнее слово, глядя в надменные лица обидчиц и изо всех сил напрягая извилины, чтобы оно получилось небрежным и остроумным, Рейнар меня заметил. Улика-тарталетка была им тут же прожевана и проглочена, а тарелка отставлена.

Я поманила его подзывающим жестом. Он шагнул ко мне, наверняка собираясь выдать что-нибудь ехидное. Какая-то из моих извилин наконец щелкнула, и я сделала шаг ему навстречу. Положила ладонь на широкую грудь и шепнула в ухо: