Немного переведя дух и присматриваясь к Борису, я пытался найти в нём следы употребления чего-либо, но зрачки были в норме, движения абсолютно обычные, и никаких причин подозревать его в нетрезвости у меня не нашлось. Быстро вытащив из заднего кармана телефон, я зашёл в интернет, где почти сразу же наткнулся на видео и новости о неких заражённых. Пройдя по паре ссылок и перейдя в Telegram, я смог увидеть видео, на которых люди со странными лицами, перепачканные в крови, нападают на других людей, стараясь укусить их или просто разорвать на удивление странными ногтями, которые больше были похожи на когти. Подняв удивлённый взгляд на Бориса, тот утвердительно кивнул, как будто подтверждая мои худшие опасения.

– Ну что, теперь веришь, умник? А теперь в темпе собирать вещи и живо на технический этаж, пока там двери не заперли, только нас ждут!

Дальнейшие сборы заняли не более 10 минут, быстро переодевшись в спортивный костюм и захватив немного вещей, а также бутылку виски, мы с Борисом, проверив коридор с помощью камер, аккуратно покинули квартиру. Только сейчас я заметил, что Боря в качестве оружия держал биту. Оказавшись на лестнице, мы начали быстрый спуск вниз, технический этаж находился на пять этажей под нами, поэтому мы смогли достаточно быстро добраться до него. При входе на этаж мы упёрлись в стальные и прочные двери, которые были плотно закрыты. Боря подошёл к ним и постучал три раза битой по металлу, после чего послышался лязг замка, и двери открылись, пропуская нас внутрь. На входе я увидел несколько рабочих технического этажа в оранжевых рабочих костюмах, они сразу же поздоровались.

– Это Витя и Глеб, работали под моим руководством, приехали из Екатеринбурга на заработки, отучились в институте, оба – хорошие технари, разберут и соберут что угодно из чего угодно.

Объяснил Борис, проводя меня вглубь помещения. Технический этаж отличался от других этажей башни Федерации, тут не было квартир, а всё помещение этажа использовалось исключительно для технического оборудования, которое и обслуживало всю башню. Всего таких этажей было четыре, и мы сейчас находились на двадцатом по счёту. Осмотрев огромное пространство, я заметил много проводов и кабелей, которые были проложены прямо по полу, увидев, что я с интересом разглядываю кабели, лежащие прямо на земле, Витя пояснил.

– У нас буквально несколько дней назад начался крупный ремонт, нужно было заново проложить половину проводки, начать начали, а вот закончить и убрать не успели.

Я лишь кивнул, продолжая осматривать технический этаж, на котором никогда ранее не был. По краям помещения находились коробки с различным оборудованием, начиная от мониторов, заканчивая инструментами, в центре помещения располагалось несколько столов, видимо, для рабочего персонала. За тремя столами находилось еще десять человек, большую часть из них я узнал, это были дети богатых родителей, которым приобрели тут квартиры, чтобы сбагрить любимое чадо, как можно подальше, от своих глаз. Золотая молодёжь занималась лишь тем, что погуливала день за днём, кажется, уже давно потеряв счёт времени. Помимо богатых детишек, разодетых в брендовые вещи, за столом сидело несколько девушек в официальных костюмах, это были девчонки с ресепшена, которые заходили на верхние этажи, чтобы перекусить и поболтать с другими работниками башни. Подойдя к столу, Борис представил меня.

– Это Антон, он последний из тех, кого мы сможем пустить сюда. Пока что все входы и выходы будут перекрыты, нам следует дождаться объявления от властей, поскольку неизвестно, что сейчас творится на улицах города. Верхние этажи, судя по камерам, уже кишат заражёнными, как и нижние. Бежать нам сейчас некуда, следует распределить запасы еды и воды и ждать сообщения от МЧС или властей, – сказал Боря, усаживаясь за один из столов, недалеко от работниц ресепшена. Один из парней в дорогой одежде и роллексами на руках тут же возразил.

– Не-не-не, ты меня не понял, дружище, нам следует быстро покинуть город, видишь, какая движуха происходит? Мой батя заплатит тебе лям баксов, если ты меня к нему доставишь живым и невредимым, тут не так далеко до Рублёвки, за пару часов управимся, тачка моя на паркинге стоит, можешь оставить себе после того, как довезёшь меня.

Боря спокойно выслушал парня и ответил.

– Я тебя никуда везти не собираюсь, и, судя по тому, что сейчас происходит, лям баксов может потребоваться вместо бумаги, чтобы подтираться или, например, чтобы костёр разжечь, так что рисковать ради бумаги я не собираюсь. Можешь глянуть в окно и посмотреть, что сейчас происходит на улицах. Ты и 100 метров не пройдёшь, дружок.

– Но что мы будем делать, когда еда и вода закончатся? Что если нас так никто и не придёт спасать? – завопила одна из девушек, которая открывала уже третью пачку салфеток, чтобы вытереть слёзы, которые все не переставали литься. Другая девушка слева от неё подошла к ней и крепко обняла, начав успокаивать.

– Она в чём-то тоже права, нужно придумать план на случай того, если помощь за нами не придёт. У башни должны быть большие подземные коммуникации, по которым мы сможем выбраться, не передвигаясь по поверхности и не привлекая дополнительное внимание, – сказал я, смотря на Борю и его помощников.

Глеб, немного подумав, сказал:

– Кажется, есть что-то подобное, несколько туннелей, соединенных с метро, я точно видел на чертежах, но большая часть из них запрещена для использования персоналу и должна быть разблокирована только в особом случае. Я сейчас попробую найти в базе данных эти чертежи.

– Я думаю, настал, тот самый особый случай, – ответил я, подходя к окну и наблюдая за тем, как на улице огромное число заражённых бродят в поисках добычи, странно озираясь по сторонам и реагируя на каждое движение или звук. Почти сразу я увидел как мужчина, открыв двери затонированной машины, выскочил и побежал в сторону башни, но не успел он преодолеть и десяти метров, как на него тут же набросилось несколько заражённых, после этого в окно я старался больше не смотреть.