– А то как же! – Пахаро самодовольно усмехнулся. – Получилось и еще получится! И не надо никаких стратегических планов! Все должно решаться с налету! Нам некогда ждать!

Через пять минут машина тронулась. Ехать предстояло далеко, к горам Кордильера-Исабелья. Там у сандинистов находился их главный революционный штаб.

Город Леон,

три дня спустя

Минуло трое суток со дня убийства генерала Уго Монтеса, и Пахаро вновь появился в Леоне. Разумеется, не просто так, а с конкретной целью. Цель была довольно-таки необычной, и по этой причине до самого конца не было известно, позволит ли командование Сандинистского фронта еще раз появиться в городе Пахаро и его людям. Но Пахаро настоял, он привел весьма убедительные аргументы, и в конце концов вышестоящие командиры пошли на попятную. Действительно, почему бы и не попытаться? Дело-то и впрямь очень даже важное. А вдруг и вправду выгорит? Конечно, Пахаро – это такой человек, кто рано или поздно все равно сам себе свернет шею, потому что рисковый и безрассудный он парень, но все же, все же… Вдруг у него и на этот раз все получится так же удачно, как получилось с поместьем Вальпараисо и с ликвидацией генерала Уго Монтеса? Вдруг удача, которая постоянно ходит в обнимку с Пахаро, не отвернулась еще от него?

А дело было так. Когда три дня назад Пахаро вернулся на повстанческую базу, что в Кордильера-Исабелья, на следующий день ему сообщили, что его хочет видеть генерал Чаваррия. Генерал Чаваррия был важной персоной, одним из командиров всего Сандинистского фронта, и было понятно, что просто так он Пахаро звать к себе не станет. Стало быть, предстоял серьезный разговор.

– Здравствуй, мальчик! – встретил Пахаро генерал Чаваррия. – Проходи, располагайся. Вот ты, значит, какой! Герой!

– Ну уж герой! – запротестовал Пахаро. – Какой из меня герой? Просто я делал свое дело. Притом не я один. Без своих ребят что бы я значил? Без них я – пустое место.

Протестовал он искренне, потому что и впрямь не считал себя героем. Генерал Чаваррия почувствовал эту искренность и усмехнулся.

– Я только что получил сведения от нашей разведки, – сказал он. – Шуму-то сейчас в Леоне! Все просто сбились с ног! Ищут убийц генерала Уго Монтеса. Полиция, Национальная гвардия, «эскадроны смерти» – все роют землю! Даже подключились специалисты из ЦРУ! Ты ведь там, в ресторане, положил не только наших никарагуанских врагов, но и нескольких американцев! А они не любят, когда их убивают… Сомоса взял расследование под свой контроль. За твою голову назначена награда – двести пятьдесят тысяч долларов!

– За мою голову? – Пахаро с недоумением посмотрел на генерала. – Откуда им про меня известно?

– А вот представь – известно! – нахмурился генерал Чаваррия. – Говорят, что даже составлен твой портрет. И твой, и трех твоих товарищей. Составлен, распечатан и развешан по всему городу. Такие дела…

– Но откуда же они о нас узнали? – удивленно спросил Пахаро.

– Вот узнали. – Генерал Чаваррия развел руками. – Да и как не узнать, когда вы и не думали скрываться? Кто-то обратил на вас внимание, кто-то что-то сопоставил, о чем-то догадался… Вот и результат. Ищут! Да и не вас одних. Тех, кто митинговал в Вальпараисо, – тоже. Маринеро и остальных… Все сведения о вас связали воедино. Да и как было не связать, когда вы и в поместье, и в ресторане оставили свои визитные карточки? Ведь оставили, не так ли?

– Как водится, – легко согласился Пахаро.

– А это доказательство, – еще больше нахмурился генерал. – Неужто нельзя было обойтись без всяких этаких эффектов?

– Нельзя, – ответил Пахаро.

– Это почему же? – прищурился генерал.

– Так ведь мы не разбойники, чтобы скрывать свои следы. От кого нам скрываться? Зачем? Мы боремся за свободу нашей страны. И все должны знать, что продажного генерала Уго Монтеса ликвидировали именно мы, и поместье Вальпараисо захватили тоже мы. Пускай нас боятся. Чем больше нас будут бояться, тем быстрее мы победим. Разве не так?

– Ладно, – после молчания произнес генерал Чаваррия. – Как оно случилось, так и случилось… Главное – результат. Но пока в город ни ногой! Ни в Леон, ни в Манагуа, ни в какой другой. Считай, что это мой приказ. Пускай все там поуспокоится, а дальше будет видно. Понятно?

– Понятно… – ответил Пахаро с такой неохотой, что генерал посмотрел на него долгим и подозрительным взглядом.

– Если понятно, то ступай, – сказал он.

– У меня еще один вопрос, – сказал Пахаро. – Что с имением Вальпараисо? Что сейчас там творится?

– Творится то, что и должно, – ответил генерал. – Люди взяли, что им нужно, вернее, что могли с собой унести и увести, и разбежались. Пустует сейчас имение. Конечно, у Монтеса имеются наследники, но сейчас они в имение не сунутся. Побоятся. И солдат туда пока никто не прислал, и наемников тоже. Сейчас до какого-то имения никому нет дела. Сейчас все ищут тебя.

– Ну, пускай поищут, – усмехнулся Пахаро и распрощался с генералом.

…На следующий день Пахаро вновь пришел к Чаваррия – уже по собственной инициативе.

– Я тебя слушаю, герой, – улыбнулся генерал. – Тебя привело ко мне какое-то дело?

– Да, – ответил Пахаро. – Мне нужно побывать в городе. Конечно, не одному, а с моими ребятами.

– В каком городе? – не понял генерал Чаваррия.

– В Леоне.

– И зачем на этот раз?

– У меня возникла идея. Верней, не у меня одного, а у меня и моих ребят. Хорошая идея… Революционная.

– Вот прямо-таки революционная? – генерал не мог сдержать улыбки, но тут же нахмурился. – Разве я вчера тебе не говорил, что пока тебе в город соваться нельзя? Ведь ищут тебя там!