Но был один главный факт, что объединял нас, как ни крути, мы земляки, и нам нужно держаться вместе, все же нас двадцать человек, и вместе мы сила. Озвучив подобный факт, меня все поддержали и договорились помогать друг другу в разных ситуациях, как бы ни было дальше.

Вечером, лежа на кровати и глядя на свой китель, что висел на спинке стула, я начал осознавать, что жизнь-то резко меняется, и сейчас я поворачиваю на новый, еще неизвестный мне путь. И не имею ни малейшего понятия, что будет дальше. Совсем скоро меня отправят куда-то далеко, и от этого на душе становилось как-то неспокойно. Всю ночь я смотрел в потолок, не сомкнув глаз, размышляя о будущем, о словах, которые мне говорил ефрейтор. А не стану ли я сам загаском или затупком? Как ими становятся? От чего это зависит? В общем, было так много вопросов и так мало ответов, а еще было немного страшновато, если честно. Я словно стоял над пропастью, в которой не видел дна, но мне нужно в нее прыгнуть, иначе никак.

Утром после завтрака нашу команду вызвали и построили на плацу. Перед нами стоял крупный мужчина с короткой стрижкой и легкой щетиной. На вид ему было около тридцати лет, одет он был в обычные синие джинсы, серую рубашку и черные туфли.

– Здорово, бойцы! Меня зовут старший лейтенант Быков, и сегодня вечером мы с вами уезжаем! Всем собрать свои вещи и быть готовыми к отправке! Отправляемся с центрального вокзала в двадцать три ноль ноль! – громким басом обратился к нам мужчина.

– А в куда и в какие войска нас отправляют? – выкрикнул из толпы Глеб.

– Куда, сами потом узнаете, а служить вам предстоит в ВДВ! – улыбнувшись, сказал мужчина и, распустив нас, ушел в сторону штаба.

Наша команда несколько обалдела от подобного заявления старшего лейтенанта. ВДВ, твою дивизию! Звучит это вроде бы как пафосно, но как-то сам я туда не особо стремился.

– Не попал в ВДВ – радуйся, попал – терпи! – выдал очень актуальную фразу Саня, молодой паренек, которому месяц назад исполнилось восемнадцать лет.

Мы были не единственными, кого сегодня забирали, группы продолжали строиться на плацу, а потом шли собирать свои вещи. Кто-то уезжал раньше, кто-то позже. Все делились между собой, кто в какие войска попал, и, слыша, что мы идем в ВДВ, все как-то более уважительно начинали на нас смотреть и поздравлять. Не буду спорить, это было даже приятно. Я, разумеется, списался с друзьями, с Мариной и рассказал, что сегодня уезжаю, она пообещала приехать на вокзал и проводить вместе с моими родителями. Я попросил отца привезти какой-нибудь еды в дорогу и сигарет, а то тут они улетают с бешеной скоростью.

В назначенное время мы построились на плацу в ожидании нашего сопровождающего. Но вместо него пришел совсем другой мужчина. Мы, разумеется, задали резонный вопрос:

– А где Быков?

На что мужчина улыбнулся и ответил нам:

– Парни, я вас перекупил, ВДВ отменяется, вы будете служить в войсках связи. Название города, я думаю, вам сейчас ничего не скажет, но едем мы с вами под Питер.

Реакция у нас была самая разная, сначала почти все, и я в том числе, возмутились, так как морально уже настроились на ВДВ: береты, тельняшки и все такое. Но минутой позже я даже как-то с облегчением выдохнул. Связь так связь.

– Пока связист мотал катушку, танкист любил его подружку. – опять выдал козырную фразочку Саня, это не человек, а кладезь армейских прибауток, просто у него отец старший прапорщик, и он хоть и самый младший из нас, зато самый подкованный в армейской тематике.

Ну что, вот и все, прощай, Сибирь, встречай нас, Питер, мы едем.

К назначенному времени нас в очередной раз построили, пересчитали словно цыплят, дали пару минут на перекур, затянувшийся почти на час, так как автобус, который должен был везти группу на вокзал почему-то задерживался. Наш "покупатель" уже начинал заметно нервничать поглядывая на часы. Он нам пояснил, что если мы опоздаем, то следующий поезд будет только через три дня, и ему зависнуть здесь вместе с нами нет никакого резона.

Пользуясь моментом мы пытались побольше разузнать о месте, в которое поедем, но тот молчал словно партизан.

Саня предположил, что часть, в которую мы направляемся, вполне может быть секретной и это не сулит нам ничего хорошего. Так как там можем даже не мечтать об увольнениях и отпусках, как войдем так и выйдем через год. А еще она может находиться где-нибудь в глухом лесу, поэтому максимум куда ты сможешь сходить так это в лес за грибами, а так как мы едем под Питер, то на болота клюкву собирать.

Наконец ворота отварились и с огромным трудом, тарахтя своим двигателем, подъехал тот самый ПАЗик, который привез нас сюда. Старлей тут же подал команду на погрузку и мы, схватив свои скромные пожитки, заскочили в автобус и заняли свои места.

За час мы доехали до вокзала, старлей отвел нас на нужный перрон и, дав время для прощания с близкими, которых собралось не мало, ушел в кассу оформлять документы.

Пробежавшись по толпе людей глазами, я увидел несущуюся ко мне на всех парах Маринку, что чуть не сбила меня с ног. Позади нее шел мой отец и мама.

– Ой, какой ты хорошенький в форме! А тебе еще звание не дали? Как тебе в армии? Тебя били? А ты кого-нибудь бил? А в форме удобно? – словно из автомата в меня полетели вопросы от девушки, а я даже не успев дослушать поставленный вопрос и ответить на него получил второй.

– Да все нормально Марин, все не так страшно, как об этом рассказывают. – улыбнувшись ответил ей я.

Затем подошли родители, я пожал руку отцу и обнял маму. Затем началась фотосессия, все же не каждый день сына в форме видят. Отец вручил мне пакеты с едой и сигаретами, мы отошли в сторону и болтали о разном.