— Михаил Константинович, я иду с вами, — безапелляционно заявил Барбоскин.

— Отставить. Ты, Тимофей Евстафьевич, останешься в Ленске и будешь отвечать за оборону села, а также за охрану пленных головорезов, — стальным тоном отрезал я.

— Тогда отправлю с вами Бориса, он толковый малый…

— Толковый и чертовски пригодится здесь, а не в Кунгуре. Мы идём впятером, и это не обсуждается.

Я был настроен решительно, а вот ребята явно не отказались бы прихватить с собой хотя бы пару гвардейцев. Но на это я пойтить не могу! Для обороны Ленска людей и так недостаточно.

— Тогда Иван довезёт вас до Кунгура на вездеходе. Как только закончите зачистку, сообщите по рации, и мы вас заберём, — настоял старлей.

Я вздохнул, смерил взглядом Барбоскина и понял, что он прав. В разлом заходить нужно полным сил, а пока мы двадцать километров пройдём на лыжах, выдохнемся, как пить дать. Да и на обратном пути я бы не отказался от транспорта. Погрузим трофеи, если будут раненые, то оперативно доставим их в лазарет. Хорошее предложение. Дельное.

— Тимофей Евстафьевич, от транспорта не откажемся. Пусть подъезжает к кабаку.

— Принял. Сейчас сделаем, — улыбнулся Барбоскин и вытащил рацию из кармана ватника.

Пока старлей раздавал указания, мы проникли на склад кабака и оказалось, что тушенки, как таковой, там и нет. Только ИРП — Индивидуальный Рацион Питания. Так называемый «сухпаёк». Взяли по две коробки и затолкали в рюкзаки.

За грабежом склада нас застал бармен. Он принёс нам двухлитровый термос чая и насыпал в пакет печенюх. В этот момент мы почувствовали себя героями! Ну, а как иначе? Мы его не просили, а он от чистого сердца принёс подарок. Спасителям Ленска, так сказать. Стоя в кабаке, я услышал приближающийся рёв мотора. Попрощался с барменом и отправился на выход.

Проходя через банкетный зал, заметил, что дыру в крыше уже заделали, причём основательно. О том, что крышу пробил птерос, напоминало лишь пятно не до конца высохшей шпатлёвки. Хммм… Видать, наши уголовники не только убивать да грабить умеют, но ещё и мирным профессиям обучены. Это хорошо.

Выйдя на свежий воздух, я наткнулся на ревущего монстра. Это был не вездеход, а БТР. Мягко говоря, я обалдел. Я обследовал почти весь Ленск и не встречал подобной техники. Грузовики? Да. Легковушки? Пара сгнивших корыт имелась. Вездеходы? Довольно много. БТР? Ни одного! Интересно, где Барс его прятал?

— Такси заказывали? — спросил улыбающийся Иван, открыв боковую дверь бронетранспортера.

— Заказывали, — радостно сказал я и запрыгнул внутрь бронированного чудовища. — Где ты откопал эту махину?

— О-о-о! Это целая исторя! Располагайтесь, щас всё расскажу. — Иван перебрался на водительское сиденье, дождался, пока ребята рассядутся и закроют дверь, а после трижды ударил кулаком по крыше. — Ну что? Поехали потихонечку!

Взревев, БТР сорвался с места и понёс нас вглубь заснеженной пустоши.

Мотор БТРа ревел снаружи, а внутри было на удивление тихо. Машина мерно покачивалась на ухабах, пробиваясь через сугробы. Ребята заметно нервничали, постоянно проверяли снаряжение, натянуто улыбались, да и вообще были дёргаными. За рулём же сидел Иван, рот которого не закрывался.

— Поехали мы, короче, с Барменом нашим на рыбалку.

— Каким Барменом? — спросил я, не понимая, о ком речь.

— Ну ты чего? С Барбоскиным же. Первые три буквы используем, как позывной. Типо Бар, Бармен. Понял? — Иван резко дал руля вправо, объезжая полупрозрачное марево, в котором снежинки застывали, не долетая до земли.

— А ты, стало быть, Ива? — усмехнулся я.

— С какого это…? — сперва не понял Иван, а после заулыбался и кивнул. — А-а-а. Ну да, типа того. Только у меня позывной Сыч. Фамилия-то Сычёв. Короче. Поехали мы на рыбалку с ним. Сидим в лодке. Тишина, туман над рекой стелется. Слышу, шипит что-то. Говорю, Евстафьич, глянь под ноги, мож змея в лодку заползла? А Бармен наш сразу к мане потянулся. Не любит он гадов всяких. Ух ты, сука, — выругался Сыч и резко дёрнул руль влево. — Да сколько ж тут аномалий-то?

— Ну, так и что там со змеёй? — поинтересовался Леший, которого явно успокаивала болтовня Ивана.

— А. Так не было никакой змеи. Это дурачок какой-то рыбу решил оглушить и в воду динамит зашвырнул. Так шваркнуло, что лодку нашу перевернуло. Евстафьич вылез на берег злой как чёрт, нашел этого клоуна и руку ему сломал. Ха-ха. А рыбак этот хренов сперва на Бармена прыгать начал, мол, чё вы, бараны, сопли жевали? Надо было уплывать, раз шипенье слышали. Ну, Бармен и сказал, мол, раз ты видел, что я злой к тебе иду, то надо было убегать. Не убежал? Пеняй на себя. Хе-хе.