Лето было в самом разгаре, и Марат к тому времени оказался в деревне, среди тучи внуков, которых работающие родители засылали к своим родителям-пенсионерам. Марат в первый же день опробовал свою улыбку на соседской девочке Дине.

Она казалась ему вовсе не девчонкой, а вполне взрослой шестнадцатилетней женщиной, опытной и прожженной (на взгляд пацана, которому только-только стукнуло пятнадцать).

Улыбка удалась на славу. Дина не просто обратила на нее внимание. Когда их ватага пошла купаться, эта самая Дина долго и неприкрыто изучала фигуру раздевшегося для купания мальчишки. Потом, когда все оказались в воде - подплыла к нему. И с самым зверским выражением лица положила Марату руки на плечи, едва не утопив, а потом ещё поднырнула, и попыталась стащить с него трусы в воде. Марат, конечно, обратил все это в шутку, хотя чуть не захлебнулся в результате такого ухаживания. Трусы он сберёг, и вылез на берег немного испуганный, но довольный.

Дину уже через день охомутал самый взрослый в их компании, высоченный и степенный парень, которого все называли «Сашок».

Что ещё кроме улыбки? Взгляд, конечно. Марат прочитал во многих книгах, что иногда влечение человека к человеку происходит с первого взгляда.

Но как это отработать? Опять зеркало? Но оно, к сожалению, не может само сказать, что возникает на душе у другого человека от той или иной твоей гримасы. Нужен был напарник, а лучше - напарница.

Поколебавшись немного, Марат решил обратиться к самой опытной девушке, которая была сейчас под рукой.

Двоюродная сестра Лена, на два года старше, красавица и умница. Марат колебался секунд тридцать, а потом пошел ее искать. И нашел, качающейся на качелях с задумчивым выражением лица.

Ленк! Тебе нравится, если мужчины на тебя смотрят? Причем так смотрят… с желанием? Поняла как?
– взял Марат сестру сразу «за рога».

Сестрёнка особо не удивилась.

А тебе нравится, когда на тебя девушки смотрят, и чуть не облизываются от желания?
– вернула она вопрос с уточнением.

Естественно нравится!

Ну, вот и ответил на свой вопрос, - резюмировала Лена.

Ну, так это другое, - продолжил наступление Марат.
– А вдруг сегодня она устала, или думает, что плохо выглядит?

Да все равно в глубине души нравится, особенно если готовилась. А мы постоянно готовимся...
– произнесла сестра.

Во-от, - удовлетворённо произнес Марат.
– Вы готовитесь,

Постоянно перед зеркалом, у вас есть примочки. Там замазал, здесь подправил... А у нас, мужчин, такого нет. Мы как получится, так и делаем. Без всякой подготовки.

А ты, братик, решил вроде как подготовиться, - совершенно серьезно сказала Лена и перестала раскачиваться.

Она ко многим вещам относилась серьезно, чем и привлекла Марата.

Это похвально...

Ну а как по-другому?
– продолжал он.
– Вон в школе, читать-писать учат. Считать учат, законы всякие, правила, домашние упражнения. А просто как посмотреть на другого человека, чтобы ему что-то передать - никто не словечка не скажет. Никто не научит. Как будто никаких правил и законов в этом случае нет. Беспорядок, если честно.

Ленка задумалась.

Ну, ты прав. Я, честно говоря, как то об этом не думала. А от меня чего надо?
– перешла она к делу.

Было бы здорово, если бы ты меня чуть поучила. Как надо глядеть на девушку, чтоб ее не испугать. Что надо делать, чтобы она заинтересовалась.

Диалоги тоже будем репетировать?
– похоже, Ленка уже вошла во вкус.

Все знали ее страсть к театру. Она даже из сельских малышей пыталась сделать театральную группу, и пару раз в сезон они давали представления. Марат в тех представлениях обычно играл роль лошади или дерева. А именно – «берёзки». Стоял с привязанными к телу и рукам берёзовыми ветками, пока мелкие девки с завываниями «...во поле кудрявая стояла...» - водили вокруг него хороводы под дружные аплодисменты престарелых зрителей.

Да погоди ты с диалогами. Давай начнем с основ. Как в школе. Пишем сначала кружочки и палочки. Учимся правильно карандаш в руках держать. Уж до картин Айвазовского потом дойдем...

Логично, - сказала сестра.
– Тогда… Изобрази как мне на своем лице восхищение моей красотой...

Вот прямо сейчас?
– попытался увильнуть Марат.

Изображай!
– отчеканила Лена.
– Прямо сейчас. Мне же тоже надо понять, что к чему, и нормально подготовиться к следующему занятию... Это что за обезьянья гримаса, прямо страдающий по бананам павиан!
– воскликнула она через секунду.

Восхищение твоей красотой, - съязвил в ответ Марат.

Бровями работай больше, - скомандовала Елена.
– Глаза так расширяются. Выше брови, что ты куксишься? Улыбочку, лёгкую, не как у крокодила, который антилопу кусает. Просто уголками губ. Голову не клони вбок, тебе не идёт, морда перекрашивается, как у обалделой собаки... Лучше просто чуть поверни... Нет, надо с зеркалом, пойду принесу...

Вернулась она с зеркалом и ассистенткой.

Евгения. Вторая двоюродная сестра Марата, его ровесница (на пару месяцев младше). За ними увязался и младший брат Женьки - Илья. Вчетвером они серьезно принялись за дело. Марат учился ловить взгляд, снисходительно (а не презрительно) улыбаться. Девчонки учились "хлопать глазками", изображать невинность и заинтересованность. Лена порекомендовала всем хорошо усвоить «таинственную мечтательность».