– - Любезная мисъ Морисъ, сказала лэди Фонъ: -- мы такъ хорошо понимаемъ другъ друга, вы такая хорошая, что нав?рно всегда будете поступать какъ сл?дуетъ.

Лэди Фонъ жила въ Ричмонд? ц?лый годъ, въ большомъ старинномъ дом?, съ большимъ стариннымъ садомъ, называемомъ замокъ Фонъ. Посл? того, какъ она сказала эти слова Люси, Фрэнкъ Грейстокъ н?сколько м?сяцевъ не былъ въ замк? Фонъ; можетъ быть, ея сіятельство сказала также н?сколько словъ и ему. Но лэди Юстэсъ на своей хорошенькой пар? с?рыхъ пони иногда прі?зжала въ Ричмондъ повидаться съ своимъ "милымъ старымъ другомъ" Люси, и пос?щенія ей дозволялись. Лэди Фонъ сказала своимъ дочерямъ, что она не видитъ въ лэди Юстэсъ ничего дурного. Ей казалось даже, что лэди Юстэсъ ей н?сколько нравится. Но в?дь лэди Фонъ ненавид?ла лэди Линлитго, какъ только дв? старухи могутъ ненавид?ть одна другую -- и она не слыхала исторіи о брилліантовомъ ожерель?.

Люси Морисъ конечно была кладъ -- кладъ, хотя не героиня. Она была кроткое, общежительное, чистосердечное существо, присутствіе котораго въ дом? чувствовалось вс?ми, какъ присутствіе солнечнаго луча. Она никогда не была см?ла, никогда не бывала заст?нчива. Она была всегда готова къ дружелюбнымъ сношеніямъ, никогда не выставляя себя впередъ. Не было ни мужчины, ни женщины, которымъ разговоръ ея не казался бы зам?чательно пріятнымъ -- и она могла разговаривать такимъ образомъ съ каждымъ ребенкомъ. Она была д?ятельная, заботливая, веселая, энергичная д?вушка, ум?вшая взяться за всякое д?ло. Она составила каталогъ для библіотеки -- которую собралъ покойный лордъ Фонъ съ особеннымъ предпочтеніемъ къ христіанской теологіи третьяго и четвертаго стол?тія. Она набросала планъ новаго цв?тника -- хотя лэди Фонъ думала, что она сд?лала это сама. Она была неоц?ненна во время продолжительной бол?зни Клары Фонъ. Она знала каждое правило въ крокет? и ум?ла играть въ пикетъ. Когда д?вушки зат?яли играть въ шарады, он? должны были признаться, что все завис?ло отъ Люси Морисъ. Это были добродушныя, некрасивыя, непривлекательныя д?вушки, говорившія Люси въ глаза, что она легко можетъ сд?лать все, за что возьмется. Лэди Фонъ искренно любила ее. Лордъ Фонъ, старшій сынъ, молодой челов?къ л?тъ тридцати-пяти, пэръ парламента и помощникъ государственнаго секретаря-очень благоразумный и очень прилежный челов?къ -- котораго мать и сестры очень боялись, часто сов?товался съ Люси и не скрывалъ своей дружбы къ ней. Мать знала хорошо своего старшаго сына и не боялась ничего дурного съ этой стороны. Лордъ Фонъ потерп?лъ разочарованіе въ любви, но ут?шалъ себя учеными книгами и преодол?валъ свою страсть постоянными пос?щеніями министерства ост-индскихъ д?лъ. Женщина, которую онъ любилъ, была богата, а лордъ Фонъ б?денъ, но т?мъ не мен?е онъ преодол?лъ свою страсть. Нечего было опасаться, чтобъ его чувства къ гувернантк? сд?лались слишкомъ горячи; -- нев?роятно было и то, чтобъ мисъ Морисъ подвергалась опасности въ-отношеніи къ нему. Въ семейств? вс? знали, что лордъ Фонъ долженъ жениться на богатой.

Люси Морисъ д?йствительно была кладомъ. Не было лица бол?е пріятнаго для того, чтобъ искать сочувствія въ радости и въ гор?. Въ глазахъ ея былъ блескъ почти магнитическій, посредствомъ котораго она достигала той общности въ интересахъ, которой она желала -- хотя бы только на минуту. Лордъ Фонъ былъ напыщенъ, вялъ, тупъ и остороженъ, но даже онъ тотчасъ поддался этому. Лэди Фонъ тоже была очень осторожна, но она давно призналась себ?, что не можетъ безъ огорченія думать о разлук?. Разум?ется, Люси надо будетъ передать семейству Гитауэ, мать котораго жила на Варвикскомъ сквэр?, а отецъ былъ предс?дателемъ палаты апеляцій по гражданскимъ д?ламъ. Гитауэ были единственные внуки, которыми судьба благословила лэди Фонъ, и разум?ется Люси должна перейти къ Гитауэ.

Она была маленькое созданьице и ее нельзя было назвать, какъ лэди Юстэсъ, красавицей. Очарованіе ея лица состояло въ особенномъ водянистомъ блеск? глазъ -- въ углахъ которыхъ всегда какъ-будто проглядывала брилліантовая слеза, когда р?чь шла о чемъ-нибудь способномъ возбудить волненіе. Св?тлокаштановые волосы Люси были мягки, гладки и красивы. Волосы эти были очень хорошіе, но особенности никакой не им?ли. Ротъ ея былъ н?сколько великъ, но исполненъ разнообразнаго выраженія. Лобъ ея былъ низокъ и широкъ, съ выдающимися висками, и она им?ла привычку кр?пко прижимать къ нимъ свои маленькіе, распростертые пальчики, когда слушала васъ. Никто лучше ея не ум?лъ слушать, потому что она всегда вставляла слово другое для того, чтобъ вамъ помочь -- самое лучшее слово, какое только можно было сказать, а потомъ опять старалась не проронить ни одного вашего слова. Есть такіе слушатели, которые показываютъ, что они слушаютъ только по обязанности -- а не потому, что это ихъ интересуетъ. Люси Морисъ была не такова. Она присвоивала себ? предметъ вашего разговора, каковъ бы онъ ни былъ. Тогда былъ въ ходу вопросъ, сл?довало ли саабу Майгобскому заплатить двадцать милліоновъ рупій и посадить его на тронъ или заключить его въ тюрьму на всю жизнь. Британское общество нельзя было заставить заинтересоваться саабомъ, но Люси положительно овлад?ла этимъ предметомъ и почти поставила лорда Фона въ затруднительное положеніе, уговаривая его возстать противъ своего начальника и заступиться за оскорбленнаго принца.

Что еще можно сказать о ея лиц? или вообще наружности такого, что могло бы заинтересовать читателя? Когда она улыбалась, на щекахъ ея показывалась премиленькая ямочка. Когда она см?ялась, маленькій носикъ, который былъ не такъ хорошо обрисованъ, какъ бы сл?довало, почти изм?нялъ форму и гордо вздергивался кверху. Руки ея были очень-тонки и длинны, такъ же какъ и ноги -- которыя вовсе не были такими образцами, какъ у ея пріятельницы лэди Юстэсъ. Люси была маленькое, худощавое, живое, граціозное существо, которое вамъ невозможно было вид?ть, не пожелавъ им?ть его возл? себя. Она была самымъ безкорыстнымъ созданіемъ, но им?ла очень опред?ленное понятіе о своей личности. Она твердо р?шилась не оставаться ничтожнымъ существомъ между своими ближними -- не относительно того, чтобъ выйти за лорда или богача, или относительно того, чтобъ считать себя красавицей или умницей, но не ничтожнымъ существомъ относительно полезной ц?ли въ жизни. Она была самымъ смиреннымъ существомъ на св?т?, потому что не выставляла себя впередъ и не пряталась безъ нужды назадъ, а между-т?мъ для нея самой никто не былъ выше ея. То, что у ней было принадлежало ей -- и старое с?рое шелковое платье, купленное на деньги, заработанныя ею, и умъ, данный ей природой. Титулъ лорда Фона былъ его собственностью, званіе лэди Фонъ принадлежало ей. Люси не желала чужой собственности, но она была нам?рена не уступить своей. О настоящихъ выгодахъ или невыгодахъ -- им?ла ли она одн? или страдала отъ другихъ -- она не думала вовсе. Недостаткомъ ея было неим?ніе женскаго тщеславія. Но ни одинъ мужчина, ни одна женщина на св?т? не им?ли бол?е горячаго желанія уб?дить, добиться дов?рія, сочувствія и сод?йствія -- не для личныхъ выгодъ, но потому что, добившись этого, она достигала ц?ли, какова бы она ни была.

О ней можно сказать еще одно. Она отдала свое сердце навсегда -- какъ созналась самой себ?
– - Фрэнку Грейстоку. Она призналась самой себ? въ этомъ, призналась также и въ томъ, что ничего изъ этого не выйдетъ. Фрэнкъ становился челов?комъ зам?чательнымъ, но не им?лъ денегъ. Мен?е ч?мъ кто бы то ни было могъ онъ позволить себ? жениться на гувернантк?. Кром? того, онъ никогда не говорилъ ни слова, чтобъ навести ее на мысль, что онъ любитъ ее. Онъ былъ у ней раза два въ замк? Фонъ -- почему ему было не нав?стить ее? Такъ какъ семейства ихъ были дружны столько л?тъ, кто могъ пожаловаться на это? Лэди Фонъ не жаловалась, но сказала н?сколько словъ. Слово, сказанное кстати, какую пользу можетъ принести? Люси не очень обращала вниманіе на слова, сказанныя ей, но когда она размышляла, что мистеру Грейстоку тоже было сказано н?сколько словъ -- а то почему же онъ никогда не прі?зжалъ?-- это ей не понравилось.

Сама она смотр?ла на свою страсть, какъ здоровый челов?къ смотритъ на потерю руки или ноги. Это большой вредъ, потеря, искал?чивающая всю жизнь -- несчастье, достойное сожал?нія. Но съ потерею ноги потеряно не все. Челов?къ съ деревянной ногой можетъ и ковыляя д?йствовать, можетъ наслаждаться самыми сильными удовольствіями челов?чества. У него остаются глаза, уши и разумъ. Сердце его не разобьется отъ потери этой ноги. Такъ было и съ Люси Морисъ. Она все-таки д?йствовала, и очень д?ятельно. У ней остались глаза, уши и разумъ.

Глядя на свое положеніе, она говорила себ?, что счастливая любовь не можетъ быть ея долею въ жизни. Она думала, что лэди Фонъ права. Гувернантка должна р?шиться обойтись безъ обожанія. Люси отдала свое сердце, а между-т?мъ она обойдется безъ обожателя. Въ одинъ пасмурный, мрачный день, когда Люси, думала обо всемъ этомъ, лордъ Фонъ вдругъ сунулъ ей въ руки непом?рно-длинный, напечатанный документъ, относительно сааба, и Люси немедленно принялась за работу. Читая этотъ документъ, Люси не могла удержаться, чтобъ не подумать, какъ чудесно Фрэнкъ Грейстокъ заступился бы за индійскаго принца, еслибъ ему поручили защищать его въ суд?.