— Смотреть надо, парень!

Однажды мы разгружали рефрижератор с апельсинами из Флориды. Дружище работал передо мной, а Дядюшка сзади. Неожиданно появился директор фирмы Джо Дипетро. Он был одет в пятисотдолларовое пальто, его руки защищали от холода толстые варежки, которыми он стучал друг о друга, как боксер перед выходом на ринг.

— Поддайте, ребята! Посмотрите на Дядюшку и Дружище, вот это дело!

Четверо других белых рабочих пытались поднять холодные ящики с апельсинами, которые стояли в рефрижераторе. Они разгружали ящики с заледеневшими фруктами всю ночь, и их руки покраснели от мороза. Пол был покрыт льдом, грузовой причал — снегом. Приходилось быть очень осторожным, чтобы не поскользнуться и не перевернуть тележку с несколькими сотнями килограммов апельсинов. Мы выбивались из сил, а бывшие пациенты дома умалишенных бегали по скользкой дороге и кричали громко, чтобы услышал босс:

— Навались, Дружище! Подтяни пояс, Дядюшка! Прибавь ходу!

И за эту работу нам платили гораздо меньше, чем полагалось по профсоюзному договору. Куда же смотрел наш профсоюз?

Представителем профсоюза у нас был Свансон, но никто не называл его иначе как Швед. Это был сильный, невысокого роста, белобрысый мужчина. У него в карманах всегда были две вещи — программа скачек и бутылка виски. Он ничего не делал для защиты наших профсоюзных прав. Все время прикладывался к бутылке, а во время ленча обсуждал с кем-нибудь из братьев Дипетро, на какую лошадь поставить на следующих скачках.

Однажды Дядюшка толкнул меня тачкой, груженной шестью пятидесятикилограммовыми мешками, да так, что я решил бросить эту опасную работу.

Мне удалось устроиться чистильщиком обуви к «Д. Г. Кристи и сын» на Асилум-стрит. Д. Г. Кристи был пожилым толстеньким господином родом из Греции. Он имел собственный дом, дачу и небольшую рыбачью лодку. Его любимым выражением было: «Господи, благослови Америку!» Его фирма чистила и ремонтировала одежду, продавала и ремонтировала шляпы, и у нее была будка чистильщика обуви, где я и работал за 24 доллара в неделю до тех пор, пока не стал участвовать в профессиональных матчах.

Первые профессиональные матчи

Я проводил свой первый профессиональный матч в зале Силк-Сити, пригорода Манчестера, что в штате Коннектикут. Против меня выступал здоровенный кудрявый итальянец по имени Пауло Росси. Он весил примерно 85 килограммов против моих 80. На мне были бело-голубые трусы цветов Хартфордской школы, на нем — красно-черные.

В раздевалке во время подготовки к матчу тренер бинтовал мне руки и говорил то, что я уже сто раз до этого слышал:

— Иди на него и атакуй. Двигайся вокруг него. Бей слева, все время в лицо. Сделай из него мусс.

Мы с Росси одновременно вышли на ринг. Я бросил взгляд в публику, чтобы увидеть, не пришел ли кто-либо из моей семьи или из семьи Кристи. Но было очень трудно разглядеть кого-либо в этом огромном море волнующегося шепота, которое разразилось ужасным ревом, как только прозвучал гонг.

Судья вызвал нас на середину ринга, напомнил правила:

— Я хочу, чтобы бой был честным и справедливым. Никаких ударов ниже пояса. Никаких ударов после остановки боя. Пожмите друг другу руки, а когда раздастся гонг, начните матч. Сильнейший из вас победит.

Прозвучал гонг, и мы с Росси бросились друг на друга. Мое тело было напряжено, но после обмена первыми ударами напряжение исчезло. Я все время старался ударить Росси слева. Он в свою очередь шел вперед с опущенной головой и старался нанести удар справа. Во втором раунде нос Росси напоминал раздавленный помидор, а моя левая перчатка была вся в крови.

Когда прозвучал гонг, возвестивший об окончании матча, я подбежал к Пауло и обнял его. До этого матча я никогда так сильно не избивал ни одно живое существо. После матча потребовалось два полотенца, чтобы вытереть кровь с ринга.

Три года я готовился к этому вечеру и наконец-то стал боксером-профессионалом и получил плату — 8 долларов.

После первого матча я начал тренироваться каждое воскресенье в зале Гарлема, готовясь к летним матчам. Зал располагался в центре черной столицы, на 125-й улице, недалеко от известного театра «Аполло». Иногда случалось, что швейцар театра, который, как и я, был малоизвестным боксером, пропускал меня посмотреть на Дайну Вашингтон, Рут Браун, Эллу Фицджеральд и других черных «звезд».

В то время в Гарлеме тренировались многие прекрасные боксеры, в том числе чемпион мира Рэй Робинсон, Джонни Сэкстон, который вскоре сменил Робинсона на мировом троне, и Сэнди Сэддлер, также чемпион мира в своем весе. По воскресеньям зал был набит до отказа.

Приближалось лето. Я был готов к выступлению в профессиональных матчах в небольшом промышленном городишке Томпсонвилл, на другом берегу реки Коннектикут. На старой площадке для бейсбола в сер дине поля находился боксерский ринг, где многие боксеры из Нью-Йорка, Нью-Джерси и Род-Айленда обрели свой первый опыт боксеров-профессионалов.