– Мама, смотри! – закричал старший, держа в руках игрушечный динозавр, словно он мог споткнуться и упасть. Его маленькие ноги неумолимо стучали по полу, и Анна, улыбаясь, посмотрела на него из-за плиты, где жарилась яичница.

– Прекрасный динозавр, милый! Но сначала завтрак, – ответила она, не отрываясь от подкаста, который играло на фоне. Рассказ о серийном убийце, чья история словно окутывала её, звучал отстраненно, но в то же время захватывающе. Анна слушала, стараясь не терять нить, хотя мысли о тревогах, связанных с Андреем, не покидали её.

– А когда мы будем играть? – спросила младшая дочка, тыкая пальцем в яичницу, как будто это было что-то совершенно замечательное. Анна, делая очередной бутерброд, обернулась к ней.

– После завтрака, зайчонок. Давай, ешь скорее, – сказала она, подмигнув, и в этот момент телефон в кармане её фартука зазвонил, заставив Анну резко вздрогнуть. Вибрация была настойчивой, как внутренний голос, который не отпускал её. Она остановилась, глядя на экран, где высветилось имя Кати.

Приглашение на свадьбу. Сердце Анны замерло, а дыхание перехватило. Она, казалось, замерла на месте, будто сама застряла в пространстве между настоящим и тем, что было когда-то. Воспоминания о дружбе с Катей, о совместных мечтах и надеждах, о том, как они обсуждали будущее, заполнили её сознание.

– Мама, ты чего? – спросил старший, подбегая к ней и, разумеется, не понимая, что происходит. Анна заставила себя улыбнуться.

– Ничего, просто… – она сделала глубокий вдох, стараясь вернуть себе уверенность. – Просто подумаю, что надеть на свадьбу. Это так волнительно!

– Я хочу на свадьбу! – закричала младшая, и её голос вернул Анну к реальности. Она снова взглянула на телефон, но теперь он казался ей не просто устройством, а чем-то, что связывало её с неведомым, с тем, что таилось за пределами привычной жизни.

– Ты можешь поиграть с динозаврами, а я пока соберусь, – сказала она, пытаясь успокоить детей и себя. Но её мысли опять вернулись к Андрею. Почему он не написал? За последние недели ему приходилось задерживаться всё чаще, и каждый раз в её сердце зреет тревога, как грозовые тучи перед бурей.

Вдруг ей стало невыносимо скучно в этой роли заботливой матери, и она решительно направилась к двери, чувствуя, как в ней просыпается дух приключений. Её сердце забилось быстрее, словно предвещая перемены.

– Мам, а где папа? – спросил старший, и этот вопрос, простым, но глубоким, заставил Анну остановиться. Она повернулась, глядя на него с нежностью и тревогой одновременно.

– Он скоро вернётся, – ответила она, хотя сама не была уверена в этом. Внутри её назревала решимость – она должна узнать правду.

Солнечный свет, пробивавшийся сквозь окно, вдруг показался ей ослепительным, как путь, по которому она собиралась ступить. Она сделала шаг назад, снова взглянула на детей, и в её сердце заворчало нечто большее, чем просто материнская забота. Это было желание быть не только мамой и женой, но и женщиной, готовой бороться за свою жизнь, за свою семью и за свои чувства.

– Пойдём, – произнесла она, собравшись с мыслями. – Поиграем в «доктора».

Взгляд её сына загорелся радостью, а младшая с восторгом подбежала к ней. В этот момент Анна поняла: с чего-то нужно начинать, и, возможно, сегодня был тот самый день.

Летний день в детском саду, а за окном звучит щебетание птиц, наполняющее воздух легкостью и радостью. Солнечные лучи пробиваются сквозь листву, освещая старую деревянную скамейку, где сидят две девочки. Анна и Катя, ещё юные, но уже полные мечтаний и надежд, делят между собой секреты, смех и, как это часто бывает, немного зависти.

– Знаешь, – с озорной улыбкой говорит Катя, поправляя свою косичку, – я решила, что Дмитрий – это мой будущий муж.

Анна, задумавшись, смотрит на подругу, но её внутренние переживания не могут скрыться за внешним спокойствием. Она сдерживает улыбку, но в её глазах мелькает тень. Дмитрий, с которым она тоже мечтала быть рядом, ничем не выдаёт своих чувств. Он был просто другом, который одной ногой уже стоял на пути к взрослой жизни, а другой – в неведомом будущем.

– Но он же встречается с тобой, – осторожно говорит Анна, стараясь не выдать своей боли.

– Это не важно! – смеется Катя, и её смех звучит как звонкий колокольчик. – Я уверена, что мы с ним созданы друг для друга.

Анна бросает взгляд вдаль, где на детской площадке играют другие дети, и в её сердце загорается искра зависти. Она не знает, как выразить свои чувства, как сказать подруге, что её собственные мечты о Дмитрии с каждым днем становятся всё более призрачными. В голове кружатся мысли, как метель в зимнем лесу, и она лишь кидает на Катино лицо улыбку, но таит в себе море невыраженных слов.