— Я не собираюсь тебя бить… — вытеревшись, сказала Нахимова.

Сзади послышались приближающиеся шаги.

— Зато я собираюсь! — и Баскакову в лицо прилетела нога Фанерова.

Зависнув в воздухе, он перекувыркнулся и ударил двумя ногами еще двоих его дружков, а затем приземлился.

— Как увижу твою морду, так хочется ее ударить! — маниакально улыбаясь, произнес Фанеров.

Его со спины обошли еще два парня. На этот раз Женя ограничился парой тычков по носу. Оба упали на задницы.

— Ну что ты?! Порадуй меня, Коленька! — Фанеров схватил Баскакова за ворот рубашки и приподняв, поставил на ноги. — Давай, смотри, кулачки вот так…

Он поднял его руки и забил ими ему по роже.

— Эй! Зачем ты себя бьешь? Зачем ты себя бьешь?!

— Отвали! — вырвался Баскаков и тоже упал на задницу.

— Если собрался драться, то дерись до конца! — ткнул в него пальцем Фанеров. — До крови, до смерти! Пока смерть не разлучит нас!

— Пришел защищать свою подружку?! — стараясь не зареветь, прошипел Баскаков.

Фанеров удивился и, повернувшись, увидел Свету.

— О, Нахимова, приветик! — помахал он рукой. — Как дела? Давно приехала?

— Привет, Женя. Вчера.

Но Фанеров отвернулся к своему спарринг-партнеру и присел перед ним на корточки:

— Спасибо, что предупредил, а то я как увижу твою рожу, так перед глазами муть. Ну так что, драться будем?!

— Да пошел ты, псих! — выкрикнул Баскаков и, сорвавшись с места, убежал. За ним устремились и его побитые амбалы. Девочка замыкала процессию. В дверях они натолкнулись на Марка Трубецкого и Леню.

Фанеров повернулся к Свете.

— Ой, Нахимова, а ты че, облилась? — прищурился он и достал из нагрудного кармана платок. — Держи. Вытрись, а то будешь липкая. Кстати, платок японский. Моя О-Рен сшила.

— Спасибо, Жень, честно…

Парни подошли к Свете.

— Что случилось? — поинтересовался Марк. — Женя, ты чего, опять не смотрел, куда идешь?

— А это не я. Это Баскаков! — развел руками обиженый Фанеров.

— Да, не ругайтесь на него, — улыбнулась Света. — Все нормально.

Они вернулись за стол. Парни принесли еду и чай.

— Слушайте, вам со мной сидеть не рекомендуется, если не хотите подпортить репутацию.

— Что? — удивился Фанеров. — Моя репутация непоколебима!

— Нам, в целом, наплевать, — пожал плечами Марк, Леня кивнул. — Может, пойдем в бар вечером? Заодно расскажешь, как съездили?

Света не хотела возвращаться домой. На душе кошки скребли. Неужели все знают, что ей нравится Миша? Не может быть! Ни Маша, ни Миша не могли рассказать, а больше никто и не знал.

— Да, я не против? — кивнула она.

За десять минут всех предупредили и к вечеру они встретились около бара.

— Кузнецова не будет, — сказал Дима. — Я пытался ему позвонить, но он в разъездах.

— Занятой князек, — фыркнула Вика. — Ну и ладно, нам больше достанется.

Они пошли в бар. Домой поехали только под утро.

У дома Нахимовых.

— Мое терпение не безгранично, — тихо произнес я, поднимая мужчину повыше.

В обязанности Лоры и Болванчика входило не только сканирование территории, но и подмечание несостыковок в энергии или поведении. Вчера вечером, когда я пришел к графине, дворецкий был одним человеком. Не магом, а простой прислугой. Но теперь, это редкий маг-маскировщик, использующий мощное заклинание перевоплощения. Лора уже научилась определять подобные штуки.

— Я… — прохрипел мужчина. — Михаил, я не могу… говорить…

Пришлось ослабить хватку и поставить мага на пол. Болванчик тут же взял его в кольцо.

— Слушаю.

— Я оперативный следователь Канцелярии… — начал он, но я поднял палец.

Разумеется, такие дешевые фокусы со мной не пройдут. Надо прекратить этот балаган на корню.

— Как только я услышу ложь, я загну палец. Если все пальцы на руке загнуться, я убью тебя. Мне как раз надо тренировать одну способность…

— Подожди, постой! — замахал он руками. — Я все расскажу…

Лора просканировала его с ног до головы, и, нет, этот человек мне точно не знаком.

И тут он выдал кое-что интересное. Что бы он ни говорил, но его пульс не поднялся, а значит, он не боится.

Хорошо играет! К тому же, незаметно сунув руку в карман, он нажал какой-то передатчик. Судя по всему, вызвал подмогу. Лора его не заблокировала — нужно выманить побольше людей и вытащить из них информацию. Потом мы будем карать добрым и вечным.

— Я не хотел никого обидеть… — продолжил он.