Но старик уже держал в руках его одежду, его офицерский мундир. Он бросил их ему.
– Найн, - сказал немец. – Я хотель ваша одежда. Я есть ваш арбайтер, работник, слуга...
– Ну, это ты лишнее говоришь, - сказал старик. – Мне работники пока не требуются. Я еще, слава богу, сам работник, дай бог всякому. А ты давай выходи со двора. Нагляделся я на вас на всю жизнь. Будет. Пускай теперча с тобой казаки займутся...
И так как собеседников подходящих не было, старик посмотрел на пса Баритона, с рычаньем выползавшего в этот момент из конуры, и сказал ему:
