— Так оно и есть, так оно и есть… Итак, чему обязан этим визитом?

— Я приехал проведать тебя и лично посмотреть, как у вас тут идут дела, — честно ему признался. — Но теперь, когда вижу, насколько продуктивны и организованы ты и твои люди, пожалуй, думаю смогу попросить вас об одном небольшом одолжении. Если, конечно, это не будет для вас слишком обременительно.

— Для нашего Князя всё что угодно, — Варг ответил без колебаний, и в его голосе прозвучала неподдельная готовность.

— Как уже упоминал ранее, у нас заключён важный союз с солнцепоклонниками из Зареченского. Это сильные и надёжные соседи. Надеюсь, ты всё ещё не против того, чтобы вывесить их знамя рядом с моим, за пределами поселения? Это будет символом нашего единства и общей силы.

— Конечно, Князь. Только за. Любой союз, который делает нас сильнее и помогает защитить наших людей, это благо. Распоряжусь, чтобы знамя Зареченского было поднято сегодня же.

— Отлично, — я кивнул. — Это важный жест. Теперь о деле, ради которого, собственно, и просил об одолжении. Мне нужно, чтобы твои люди помогли мне с одним строительным проектом. Возвожу дополнительные укрепления вокруг своей основной усадьбы, и мне не хватает рабочих рук, особенно опытных воинов, которые знают толк в фортификации.

Варг нахмурился, потирая подбородок.

— Строительство, говоришь? Мы, конечно, больше по части разрушения специализируемся, — Варг криво усмехнулся, но тут же посерьезнел. — Но если Князю нужна помощь, мы поможем. Сколько людей тебе нужно и на какой срок?

— Думаю, человек десять самых толковых и сильных на пару недель. Работа не слишком сложная, но требует физической силы и выносливости: таскать бревна, копать рвы, устанавливать частокол. Разумеется, обеспечу их всем необходимым — едой, жильем, инструментами.

— Десять человек на две недели, — Варг прикидывал что-то в уме. — Что ж, это выполнимо. Мои люди как раз закончили здесь основное обустройство, так что небольшая смена деятельности им не повредит. Считай, что они твои. Когда должны прибыть?

— Чем раньше, тем лучше. Хотелось бы укрепить оборону до того, как всякие лесные твари решат проверить нас на прочность.

— Понимаю. Завтра с утра отряд будет у твоих ворот. Лично прослежу, чтобы отобрали лучших.

— Вот и договорились, — хлопнул его по плечу с удовлетворением. — Спасибо, Варг. Ты настоящий союзник.

— Всегда рад служить, Князь.

Он ответил сдержанно, но с достоинством.

Мы еще немного поговорили о текущих делах, обсудили возможные угрозы со стороны Пустоши и договорились о регулярном обмене информацией. После этого мы с Кузьмой, удовлетворенные результатами визита, распрощались с Варгом и его людьми и направились обратно к нашему поселению.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багряные тона, когда мы вернулись в усадьбу. Жены встретили нас на пороге, и по их встревоженным лицам понял, что за время нашего отсутствия что-то произошло.

— Что случилось?

— Гости. Незваные, — Стефания поджала губы.

— Какие еще гости? Откуда? — нахмурился я.

— Из леса пришли, — вмешалась Забава, её голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. — Наглые, как волки, и голодные, как медведи после спячки. Говорят, они последние из рода лесовиков, и требуют… требуют, чтобы ты признал их своими вассалами и выделил им землю.

— Лесовики? — я удивленно поднял бровь. О таком народе я слышал впервые. Судя по реакции жен, встреча с этими «последними из рода» прошла далеко не гладко. — И много их там, этих требовательных вассалов?

— Пятеро. Четверо мужчин, здоровенных, как дубы, и одна женщина, их предводительница, судя по всему. Зовут её Лесана. Говорит, что она последняя жрица их древнего культа.

— И где они сейчас?

Направился к дому. Кузьма молча следовал за мной, его лицо было непроницаемо, но чувствовал, как напряглись его плечи.

— В трапезной сидят, — ответила Стефания.

— Мы их накормили, как полагается гостям, но они ведут себя так, будто уже хозяева здесь. Требуют лучшего куска, лучшего места, и смотрят на всех свысока.

— Интересно. Что ж, пойдем знакомиться с этими гордыми Лесовиками. Посмотрим, чего они стоят на самом деле.

Войдя в трапезную, я сразу обратил внимание на пятерых незнакомцев, сидевших за дальним столом. Они действительно выделялись на фоне моих людей. Высокие, широкоплечие, с густыми, спутанными волосами и бородами цвета лесного мха, они были одеты в грубые одежды из звериных шкур и самотканого полотна. Их лица, обветренные и загорелые, хранили суровое, почти дикое выражение, а глаза смотрели настороженно и оценивающе.