И за столом сидел не Финир.

Незнакомый мужчина в форме офицера СБ флота. С виду лет сорока пяти, с лицом, которое, видимо, умело улыбаться, но сейчас предпочитало не тратить на это сил. Тёмные залысины, аккуратно выбритые виски. Взгляд — усталый, но очень внимательный, как у человека, который давно перестал удивляться чему-либо, но всё ещё находил в них что-то интересное. Нашивки майора на плечах. Рядом с ним сидела женщина в гражданском: тёмный деловой жакет, гладко уложенные волосы, небольшой планшет на столе перед ней. Она выглядела спокойно, почти по-деловому.

— Садись, — коротко сказал офицер, указав на стул напротив.

Никакого «пожалуйста». Не грубо, скорее просто деловито, так говорят люди, привыкшие к тому, что их слушаются.

В ответ я посмотрел на стул, потом сел. Откинулся слегка назад. Демонстрировать ни страха, ни вызова я им не собирался. Не считал, что я им что-то должен.

— Меня зовут майор Кетрис, — представился офицер. — Это капитан Лора из следственного отдела. Мы хотим поговорить с тобой о недавних событиях.

Голос у Кетриса был ровным и чуть хрипловатым — так говорят люди, которые провели много часов в переговорных комнатах. Мне окончательно стало понятно, что эти двое — опытные следователи. Вот только ради чего они прилетели сюда? Чтобы прикрыть Финира или наоборот?

— О каких именно? — осторожно спросил у него.

— О встрече у насосной станции. О братьях Сапфиро. О роли Финира в этих событиях.

— А вы кто такие? Представители флота?

— Да, и не только, — ответил Кетрис, не повышая голоса. — Мы расследуем возможные нарушения в деятельности корпорации. Системные нарушения. Ваши показания могут иметь для этого расследования значение.

Капитан Лора пока не говорила — она наблюдала. Её взгляд был профессионально нейтральным: ни симпатии, ни осуждения по отношению ко мне.

Значит, наше сообщение всё-таки дошло. Кто-то его получил, передал куда надо. Хорошо. Плохо то, что я по-прежнему не знаю, кому из них можно доверять. После чего немного расслабился.

— Что именно вы хотите знать?

— Всё, — просто ответил майор. — Всё с самого начала.

Тогда я начал им рассказывать. О том, как меня выкупили из колонии, о первом задании с караваном, о работе на мусорной базе.

Кетрис и Лора слушали внимательно. Офицер изредка задавал уточняющие вопросы — коротко, по делу, не перебивая меня, скорее аккуратно направляя его. Лора что-то помечала в планшете быстрыми касаниями пальца, иногда поднимала взгляд, чтобы что-то уточнить. Как правильно это уточнение, правильно ли она поняла то или иное место в моём рассказе.

Когда я добрался до событий у насосной станции, до того дня, который мне порой снился мне ночами здесь на базе, как кадры с обрезанным звуком, — майор Кетрис спросил:

— Ты утверждаешь, что Финир знал о присутствии братьев Сапфиро?

— Не знаю наверняка, — честно ответил ему. — Но совпадений, на мой взгляд, слишком много. Место встречи — выбрано изолированное, идеально подходящее для засады. Когда я получил прямой приказ не стрелять по падальщикам, скажу честно, был очень удивлён.

— Почему? Ваша же задача была в том, чтобы вытащить заложников живыми?

— Нет, не было у меня такого приказа, я должен был вмешаться только, если что-то пойдёт не так. Мне такой приказ сразу не понравился. И когда на встрече появился Мидланда, на встрече, которая официально их не касалась, для меня всё сразу встало на свои места.

Объясни подробнее.

— На мой взгляд, вся операция с самого начала выглядела как декорация. Слишком примитивно спланированная, чтобы быть случайной. Детали, которые по отдельности легко объяснить стечением обстоятельств, но которые вместе складываются в одну картину — нас предали и отправили туда с одной задачей.

— И ты действительно видел Зелёного — одного из братьев Сапфиро? — спросил майор.

— Видел. Но сам я его не узнал. Я просто не знал, как он выглядит. Его Ори узнал.

Лора снова что-то отметила в планшете.

— Есть ли у тебя доказательства прямой связи Финира с Мидландом? — спросила она.

Только косвенные. Но их много.

— Расскажи.

Клим перечислил. Утечки информации, случавшиеся слишком регулярно и слишком точно. Приказы, совершенно непонятные. Обстоятельства, которые раз за разом складывались очень удобно для противника. У меня вообще сложилось впечатление, что Финир работает на Мидланж. Вроде мы действовали против них, но на самом деле — это больше выглядело как имитация действий против них.

— Понятно, — произнёс майор, когда я закончил. — А что ты можешь сказать о пленных, которых вы должны были освобождать?

— Их не было. Вместо четырёх пленных — один якобы связанный «разумный», который по факту оказался обычным падальщиком. И здесь всё было сплошной инсценировкой.

— Тогда какой смысл имела вся операция?

В ответ я помолчал секунду. Это был хороший вопрос — тот самый, который я сам себе задавал долгими ночами в камере, глядя в потолок.

— Хороший вопрос. Мне понятно одно: нас хотели либо убрать, либо передать в руки Мидланда. Думаю, мы на встрече были дополнительным бонусом. Приятным приложением к основной сделке. А основная цель была другой. Какая именно я не знаю. Нас никогда не посвящали в детали. Всегда использовали втёмную, и нам никто никогда не пытался помочь хотя бы немного.