— Слава богу… — я тут же скривился от этой фразы и сплюнул в сторону. — Можно начинать.

За время «молитвы» я внимательно изучил весь хворост, заботливо заготовленный для моего костра, и нашёл вполне подходящую, крепкую ветку. Сухую, прочную, с острым концом, длиной около тридцати сантиметров и толщиной в палец. Она станет моим оружием на этот вечер.

Дальше — браслет. Для местных это артефакт, позволяющий контролировать человека и причинять ему боль в случае неповиновения. А для меня — устройство, способное выполнять простые команды. Не знаю, что находилось у него внутри — транзисторы или магические руны, но, судя по звуку разряда и тому, как сводило мышцы, боль оно причиняло обычным электрическим ударом. Как шокер.

Я сорвал с шеи Круг Владыки — символ местной веры. Но меня интересовал не сам амулет, а тот факт, что он сделан из меди — одного из лучших проводников электричества.

Взяв камень, я принялся бить им по амулету, постоянно оборачиваясь по сторонам, чтобы контролировать ситуацию. После череды нехитрых манипуляций, я изогнул Круг дугой и подложил его под браслет, замкнув контакты на его внутренней стороне.

Я сделал несколько шагов от столба и услышал короткий щелчок разряда, но боли не было. Только легкое покалывание. Ток шёл по кратчайшему пути — по медной пластине, а не через моё тело.

Мои нервы были натянуты до предела, и я не смог удержаться от идиотской реплики, чтобы хоть немного скинуть напряжение:

— Катись в бездну, Владыка! Физика — вот что работает в любом мире! — я оттопырил средний палец и показал его ночному светилу.

Чем дальше я отходил от столба, тем чаще браслет издавал короткие щелчки, словно проверяя, не пропал ли кусок металла между его контактами. Сам Круг Владыки разогревался, но ощущения были терпимыми. Кинув последний взгляд на хворост, я сильнее сжал зубы и, подавив внутреннюю дрожь, поспешил к небольшой хибаре, где остановились на ночь братья.

Я замер у окна и аккуратно заглянул внутрь. Сердце стучало так громко, что приходилось задерживать дыхание, чтобы сразу услышать, если какая-то шавка начнёт лаять на беглеца. Света луны было достаточно, чтобы рассмотреть внутренности хибары — пять на пять метров, без единой перегородки, словно клетка для скота. Внутри находились только братья и их груз, который завтра нужно было передать местному барону. У стены стояла дорожная снаряга: щиты, копья и мешки с припасами. Всё было сложено аккуратно: Томас любил порядок во всём.

Братья спали, утомлённые двухдневным переходом, убаюканные медовухой и ощущением безопасности, которое давали частокол и стражники у ворот.

Подойдя к двери, я медленно открыл её и скользнул внутрь, аккуратно прикрыв дверь обратно. Хвала Владыке, братья храпели, и этот храп полностью скрывал остальные звуки — скрип двери и половиц под моими ногами.

Ближе ко входу расположился брат Мартин. Делаю два шага, и я останавливаюсь возле него. Острая палка в моих руках больно впилась в ладони, когда я стиснул её, набираясь решимости. В мертвенно-бледном свете Ока эта палка не внушала веры в успех. «Тварь я дрожащая или право имею?» — мелькнула цитата из моего родного мира, пока я застыл в нерешительности.

Очередной сухой треск браслета на моей руке стал ответом…

Выдохнув, резко опустил палку. Она вошла в глаз брата ровно, до упора. Мартин дёрнулся и громко захрипел. Чёрт, в реальности люди умирают совсем не так, как в кино! Я замер, не зная, что делать. Но повезло: Мартин затих через несколько секунд, а брат Томас что-то пробормотал во сне, перевернулся на живот и продолжил храпеть.

Сердце стучало как бешеное, руки тряслись. Я сделал несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться.

Браслет продолжал едва слышно щелкать, раскаляя Круг Владыки. И именно эта боль привела меня в чувство.

Дрожащими руками я приложил большой палец Мартина к специальной площадке на артефакте. Браслет выключился и расстегнулся. Я снял его с руки и почувствовал облегчение: теперь я был на шаг ближе к свободе.

По-хорошему, мне нужно было бежать. Но кроме свободы, в этой комнате находился ещё один приз.

На что человек готов пойти ради силы? На риск? На предательство? На убийство? Как в РеалРПГ, когда Система предлагает убить разумного в обмен на право стать Игроком.

Но это не вопрос выбора. Это вопрос веры.

Будь я сейчас в уютном кресле на Земле — я бы искал оправдания, строил моральные конструкции, цеплялся за иллюзии цивилизованности.

Но я не на Земле.

Я попаданец в это чёртово средневековье. И я точно знаю: Система здесь действительно существует.

В этом мире я оказался всего две недели назад. Прямо с порога меня определили в семинарию, где розгами вбивали молитвы, знания о Системе, артефактах и местных порядках.

Я — старый атеист, и все эти божественно-религиозные проповеди для меня были как ком в горле. В обществе истово верующих я, разумеется, не стал высказывать свое мнение. Старался мимикрировать под толпу: где сомневался — просто цитировал Святое Писание.