Не прощать врагов. И уж точно не оставлять за спиной живыми.

Что касается путешествия в Тонкий Мир, то надо признать, все оказалось слишком неожиданным. Даже хладнокровие адепта мар-шааг на мгновение дало трещину, едва не погрузив разум в панику. Остаться без физической оболочки — такая смерть, пожалуй, была из худших, какую можно представить.

Случившееся натолкнуло на мысль о необходимости защиты, если вдруг подобное повторится. Чтобы вновь полагаться не только на дисциплину ума посвященного пути духа, но и иметь за пазухой что-нибудь еще.

К сожалению, поиски бумаг, связанных с хрустальной сферой, в Коллегии ни к чему не привели. Никаких рабочих тетрадей, никаких журналов экспериментов, связанных с установленным в башенке артефактом, позволяющим выходить в Тонкий Мир, найти не удалось.

Это было немного странно, но в принципе объяснимо. Наверняка изобретатель забрал записи с собой, рассчитывая повторить эксперимент в другом месте. Брать с собой артефакт не стал, потому что знал, что стоит тому отдалиться на значительное расстояние от спрятанного в подвале магического источника, как хрустальная сфера превратится в обычный стеклянный шар, от которого мало проку. А может, бывший владелец рассчитывал на скорое возвращение и не хотел портить собственное творение.

Магия Тонкого Мира весьма специфическая штука, с ней трудно работать, почти невозможно повторить. При помощи нее Ушедшие изобрели свои межмировые порталы, а заклинатели Старой Империи Обелиски.

При этом Тонкий Мир оказывал сильное влияние на живых существ, особенно на разумных. Маг из Мертвого Урочища при помощи сложного колдовского конструкта в виде энергетической проекции высасывал из забредших в чащу путников жизнь и продлевал таким образом собственное существование. Однако он не использовал Тонкий Мир каким-то иным способом, например работая с пространством напрямую, как это делали Изначальные, а после заклинатели Коллегии. Что порождало кучу вопросов, главный из которых: откуда такое строгое разделения? Это как-то связанно с особенностями энергии Тонкого Мира? Ведь она отличалась от обычной магической силы.

Когда воздушный шар приземлился, я весь день и большую часть ночи просидел в библиотеке Коллегии пытаясь найти ответы на интересующие вопросы. И почти ничего не узнал, потому что оказалось трактатов по соответствующей тематике почти нет, только лишь упоминания вскользь в нескольких томах и то, данные в виде отсылок к другим веткам развития магии.

Поначалу подобная скудость вызвала недоумение. Откуда такая скрытность даже среди своих? Пока в голове не мелькнула догадка.

Обелиски.

Вот в чем дело. Это был один из самых строго охраняемых секретов Старой Империи. Подробности скрывали от рядовых членов Коллегии, а всеми исследованиями, связанными с магическими механизмами, а заодно с Тонким Миром, занималась отдельная группа посвященных.

Плюс высшие магистры Коллегии хорошо понимали, насколько могут быть опасными знания о Тонком Мире и ограничили доступ, оставив ключи у себя.

Отсюда следовал вывод, что созданием артефакта в представительстве Коллегии Терниона с высокой долей вероятности занимались незаконно и только в последние месяцы существования Старой Империи.

Когда старый порядок рушится, законы уже не важны и можно рискнуть, осуществив потаенную мечту всей жизни. Неизвестный маг увидел, что устои рушатся и рискнул пойти наперекор прежним установкам, не исключено, заполучив при этом поддержку среди остальных, в том числе главы терниононского отделения. А когда пришло время уходить, прихватил записи с собой, но не смог переступить через себя и уничтожить собственное творение.

Могло быть такое? Да, другой вопрос, что лично для меня события дальних лет в данный момент не имели значения. Важно, что никаких рабочих тетрадей проводимых экспериментов с Тонким Миром найти не удалось, в отличие от других опытов в лаборатории. И это стало проблемой.

Как защитить себя от опасностей чужого влияния при следующем контакте с хрустальной сферой? Или лучше подождать и пока не трогать проклятую штуку? Вопросы…

Поняв, что снова глубоко задумался, я встряхнулся. Хватит, пора отдохнуть. Несколько часов, проведенных в библиотеке, затуманили разум, следовало встряхнуться. Есть время для работы, есть для отдыха, иначе можно сойти с ума.

— Смотри, дочка торговца шелком Лароша, Клаудия, вышла гулять. Наверняка ищет себе новых любовников, ненасытная потаскушка, — рядом раздался голос с ехидными нотками. Говорил низкорослый пузан в толстой шубе с золотой цепью поверх.

— Хороша девка, жаль, что порченная, я бы от такой жены не отказался. Тем более поговаривают, что папаша дает за нее одну из своих лавок в центре, — откликнулся собеседник пузана, почти его точная копия, только шуба, натянутая на объёмистое тело с короткими ножками, в отличие от темной товарки имела ярко выраженный коричневый окрас.

Обсуждали пузаны девицу во главе небольшой компании, прошедшую только что мимо.

Дочка торговца шелком Лароша — Клаудия, статная девица с узкой талией и впечатляющим бюстом двумя вздернутыми полушариями, глядящими в глаза мужчин. Высокая прическа, нехарактерная для здешних краев, глаза подведены черной тушью, губы ярко накрашены. Слишком вызывающе для простой купеческой дочки. Папа не просто мелкий «зеленщик», а крупный «магнат»? Похоже на то.