Шрифт:
– Ты в уме? – усмехнулся.
И голос, и взгляд говорят, что она серьезно несет эту чушь, сама в нее верит, влюбилась возможно.
Мужики, которых я сюда позвал быстро ей мозги на место поставят.
– Люди, которые меня предавали – червей кормят в земле.
– Но ты же думал, что это Надя вызвала полицию, - Люба сползла с постели, приблизилась ко мне. – Ее ты не наказал. Наоборот, вы вместе. Почему не застрелил?
– Уже ответил.
– Любишь ее? – она сощурилась недоверчиво. – Не правда, Нил. Что может дать девочка? Ты же не нянька. А моя сестра, - ее пальцы скользнули по моим брюкам, очертили колено, - Надя сущий ребенок. Ты наиграешься и бросишь.
Это вряд ли.
Три женщины, я ей не соврал.
Я не укладываю в постель всех подряд. Я выбираю. Мне ценно чувствовать, знать, что не просто так, я кучу раз на краю был, в шаге от смерти и это ощущение ничем не перебить, ни алкоголем ни мимолетными связями.
Чувствами.
Они все перекрывают, внутри меня горят.
А Надя...
Я взаимность получил, в ее глазах вижу жизнь.
– Наказание будет, Любовь, - поднялся, когда в дверь постучали. Шагнул и повернул ручку, впустил в номер мужчин.
Ее сестра так и не поняла ничего, хлопнула ресницами.
Наказывать.
Иначе не дойдет.
Пулю в лоб или вот так – я ее не оставлю, не смирюсь, я привык и делаю, как умею.
Вышел из номера и прикрыл дверь.
Остановился, услышав короткий вскрик.
Чем же ты недовольна.
Только что ко мне лезла.
Тебя расслабят. И научат.
Мне пора, я стою.
Мну в кармане пачку сигарет.
Глянул вперёд, на фигурку, что вышла из лифта.
Я ей обещал, что с ее сестрой ничего не случится.
Но предательство не спущу с рук.
– Нил, - Надя приблизилась, смущённо покосилась на дверь номера. – Поговорили? Ты ее не ударил?
– Нет.
– Люба там?
– Там.
Шагнул навстречу и развернул ее, за бедра сжал и потянул по коридору, уводя.
– Мне неважно, что она думает теперь. Но она моя сестра. И если ты ее избил...
– Я похож на человека, который женщин бьет? – остановился.
Заглянул ей в глаза.
Мои грехи посильнее, покруче.
По моей отмашке ее сестру сейчас раздевают, укладывают на постель.
Ее трахнут так, что все из головы вылетит, одно запомнится – на пути у меня не вставать.
И следить за языком.
Она в ту ночь свою младшую сестру подставила.
Наговорила такого, что я не сдержался.
Если бы правду сказала про эту девочку, что она чистая, ещё не знала мужчины – может, я бы остановился, не пачкал ее.
Сейчас же я влип и не отпущу.
Толкнул Надю в лифт, шагнул следом.
– Ты же ее не убил? – заволновалась она.
– Нет.
– Хорошо...Мы куда?
– На пляж.
– Купаться?
И трахаться.
Я эгоист, монстр, чудище из ночных кошмаров – пусть.
Я влюбился, а она любит в ответ.
За что мне такое счастье – не ведаю.
Но отказаться нет сил.
Она моя девочка.
Я не отпущу.
Глава 76
Надя
– Ох, - вскрикнула. Он подмял под себя и словно силу рассчитывать разучился, сдерживаться. Смотрит мне в глаза.
Член скользит в меня, раскрывая. И он просто каменный.
– Нил, - выдохнула. И снова вскрикнула, выгнулась, когда он толкнулся до упора. Врезался до самого корня, вбил меня ягодицами в песок.
По всему телу разлетелись мурашки.
Напротив его глаза блестят.
Чувствую себя под ним слабой и крохотной.
И от этой мысли горю.
Я целиком этому мужчина доверилась, власти его отдалась, он может делать со мной все, что захочет.
А я знаю, что мне будет хорошо.
Но сегодня...
– Ты злой, - ногами обняла его крепкие бедра.
Он толкнулся во мне, ток посылая по венам, сейчас он на зверя похож голодного, неуправляемого.
И это меня возбуждает.
– Больно, Надя? – спросил он хрипло, замерев во мне на секунду.
– Нет...
Вскрикнула и впилась ногтями в его плечи.
Он начал двигаться, размашисто и с оттяжкой, выбивая из меня всхлипы, стоны, заглушая их звонкими шлепками, с которыми сталкиваются наши бедра.
Сама не заметила, как его безумием заразилась и начала двигаться в ответ.