— Я поддерживаю, — сказал Мартин Фердинандович. — Алхимический ранг сейчас признают только внутри нашего сообщества. Мы вправе изменить условия.

— Нет, — твёрдо сказал Феликс Августович.

— Ни в коем случае! — активно закивал Абрамов. — В обществе, в котором нет алхимической иерархии, нет цели, а когда нет цели!…

Вот же сволочь такая.

— Ну, как сказал председатель комиссии… — пожал плечами нотариус.

Я не стал добивать — что-то мне подсказало, что лучше пока что не высовываться и не обозначать ранг магистра в паспорте. Если надо будет — я его точно получу, понял я. Как и договаривались, мне отлили половину «Крови Дракона» в качестве презента от комиссии, выдали целую пачку сертификатов и документов, в том числе разрешение на поклейку акцизных марок, а также поставили штамп в паспорт.

«Де Онисов, Александр Платонович. Бакалавр Алхимических наук».

Уставший, проголодавшийся, но чрезвычайно-довольный я мчался по ночной трассе обратно во Фламберг.

А вот дома меня ждали не совсем хорошие известия.

Во-первых, ещё в обед пара неизвестных ганфайтеров заехали на завод и устроили там перестрелку.

Ну, как неизвестных. Я сразу понял, чьи это ребята — рано или поздно привет от старых кланов долины должно было прилететь. По счастью, ранить никого из наших им не удалось, хотя стёкла в офисе побили, и один из резервуаров они повредили. Затем големы оттеснили их к выходу, а дежуривший племянник Макшейнов сумел ранить одного из них в плечо, после чего те сели на машину и скрылись.

К вечеру протечки в цистернах удалось залатать, и работа завода продолжилась.

А к Замойским я решил заехать, как только закончу нашу короткую клановую войну.

— Есть позитивные новости?

— Есть, — кивнул Рустам и показал непонятный мешок. — Маргарита Герхардовна принесла из магазина целый мешок какой-то высокотехнологичной дряни. Говорит — подгон для успеха мероприятия.

— Похвально. А как идут дела с пятым пулемётом? — спросил я у Ангелины.

— Идут… Завтра запчасти придут, за день соберу — и поставим к вечеру.

— Это хорошо. Завтра скатаюсь и проверю. Без пятого пулемёта при открытии второго фронта нам не обойтись. Так, что ещё?

Во-вторых — куда-то делась племянница Сергея. Та самая крашеная в рыженькую, которая так неумело пыталась меня соблазнить. Признаться, эта новость взволновала меня не меньше новости про завод.

— В общем, надо отправить Ваку куда-нибудь в сторону Замойских. Проверить, что говорят местные селяне. Кстати, где он? Он вернулся из порта?

— Вернулись они со Стёпкой, мда, — хмыкнул Рустам.

— И что? Что-то ты не особо рад.

— Ну, потому что… потому что они занимались там самодеятельностью.

Я немного напрягся, потому что понимал — эти могут. Ещё какой самодеятельностью.

— Какой это такой самодеятельностью?

— А пойдём, Платоныч, — сказал Рустам, зыркнув на прошедшую со второго этажа домработницу. — В подвал. Сам всё увидишь.

Ну, мы и пошли, а я ускорил шаг. Возникла мысль, что что-то произошло с вином, но вскоре я понял причину секретности.

Горел свет. В одном из закутков подвала — а архитектура фундамента была весьма затейливой — сидели перед столиком на двух табуретках Степан и Вака, и я услышал их разговор.

— Моя тварь со звериной головой хочет сходить сюда.

— Да что за ересь, Вака! Конь в шахматах может ходить только вот так и вот так!

— Моя тварь хочет сюда.

— Варвар! Ходи нормально!

— Сейчас получишь, беляш.

А за ними, в углу, ещё на одной табуретке сидел незнакомый связанный парень с кляпом во рту.

— Та-ак, — протянул я, и Стёпка от неожиданности резко встал, опрокинув доску с фигурами. — Значит, самодеятельность.

Вака поднялся, сохраняя невозмутимый вид.

— Искандер. Мы взяли языка. Мы его пытали и мучали. Он сознался во всём.

— Ну, как пытали… — добавил Степан. — Так, пара синяков. Вака предлагал отрезать ему что-то, но мы посчитали, что вы, Александр Платонович, лучше нас справитесь.

Я подошёл ближе к пареньку, который при моём появлении стал выглядеть ещё более напуганным.

— Хорошо, что не стали добивать. Но, всё равно, это не наши методы, парни! Ну и куда мне его девать? Что с ним делать?

— Если он тебе не нужен, Искандер… — начал Вака два пера, а в его руке сверкнул кинжал.

«Язык» замычал, забарахтался, закряхтел в ужасе.

— Тише, тише, Вака. Лишние кровопролития нам не нужны. Уберите кляп.

Указание немедленно выполнили, и он тут же начал вопить:

— Не убивайте! Не убивайте! Я всё сказал! Ещё скажу! Всё расскажу!

— Кто он? — спросил я своих сюзеренов.

— Продавец одной из винных лавок Гроссмейстера, — сообщил Стёпка. — Всего лавок — шесть. Это та, что под мостом на Югопольск.

— Ясно. То есть — очень хреново, что вы поймали продавца. Вы же понимаете, что его будут искать? И что теперь нам придётся ускориться, потому что это прямое объявление войны?