— Синдикат готов щедро оплатить твой отпуск по высшему тарифу, старина. В твоём домашнем секторе зафиксирована крайне нетипичная активность, — тон Крида мгновенно стал сухим и деловым. — «Объект 404». Пространственная флуктуация, которую местные сталкеры называют «Тенью». Твоя задача — найти этот блуждающий хаос и аннигилировать до того, как он разрастется.

Ветеран молча смотрел на мигающий зелёный диод передатчика. «Тень» не была обычным мутантом из плоти и крови. Это была живая энтропия, агрессивная ошибка в геометрии реальности, требующая жесткого изотопного вмешательства. Одинокий отдых отменялся, так толком и не начавшись.

VII

— Но есть серьёзное осложнение, Девятый, — голос связного в динамике стал ощутимо жёстче. — Синдикат не может работать открыто. Патрули «Долга» заблокировали внешний периметр, а внутри твоего квадрата прямо сейчас бродят три «отмычки». Зелёные новички.

Шрам молча слушал, чувствуя, как внутри натягивается привычная стальная струна глухого раздражения.

Крид быстро обрисовал диспозицию. Один из заблудившихся сталкеров оказался сыном важного чина с Большой земли. Группа умудрилась проскользнуть мимо военных кордонов и теперь жгла костры прямо в эпицентре аномальной активности.

Наёмник тихо выругался сквозь фильтры маски. Человеческий страх и хаотичные эмоции неопытных людей служили идеальным катализатором для Объекта 404. Нестабильная Тень питалась подобным информационным мусором, стремительно набирая массу и плотность.

— Убери этот балласт с дороги, пока они не спровоцировали цепную реакцию энтропии, — сухо подытожил Виктор и прервал канал связи.

Специалист тяжело вздохнул, глядя на потухший экран передатчика. Работа полевой нянькой для смертников никогда не входила в официальный прейскурант 28-го отдела.

VIII

Спуск по замусоренным лестничным пролётам занял у оперативника ровно четыре минуты. Ветеран двигался абсолютно бесшумно, привычно сливаясь с густыми, пыльными тенями старого подъезда.

Тяжёлые ботинки специалиста безошибочно находили чистые участки щербатого бетона, виртуозно минуя битое стекло, сухие ветки и торчащую ржавую арматуру.

Выскользнув из подъезда, Шрам мгновенно растворился в густом, мутировавшем кустарнике у облупленной стены панельного дома. Панорамный ПНВ залил заброшенный двор холодным, фосфорно-зелёным светом.

У ржавого, покосившегося остова автобусной остановки пульсировало яркое тепловое пятно. Трое нарушителей сидели тесным кругом возле портативной газовой горелки, грубо игнорируя базовые правила ночной светомаскировки.

Наёмник чуть сдвинул окуляры, наводя резкость на группу. Картина выглядела жалко и предсказуемо. Один сталкер, судя по потёртой экипировке и нервным движениям — опытный проводник, напряженно сжимал короткий автомат.

Двое других, совсем еще пацаны в новеньких, хрустящих куртках, громко перешептывались. Их голоса разносились в стерильной тишине Припяти, превращая туристов в идеальную приманку. Ветеран медленно снял штурмовую винтовку с предохранителя, готовясь к неизбежному контакту.

IX

Воздух во дворе внезапно потерял плотность. Температура рухнула вниз с неестественной скоростью, мгновенно превращая прерывистое дыхание сталкеров в густые белые облака пара.

Синее пламя портативной горелки тревожно замерцало, неестественно вытянулось в тонкую дрожащую нить и абсолютно бесшумно погасло, словно невидимый вакуумный насос разом выкачал весь кислород.

Шрам замер в укрытии, наблюдая через панорамные линзы ПНВ совершенно невозможную картину. Прямо над ржавой крышей остановки само пространство начало медленно сворачиваться внутрь себя.

Потрескавшийся асфальт мгновенно покрылся толстой коркой седого инея. Мелкий мусор, сухие листья и обломки крошащихся кирпичей плавно оторвались от промерзшей земли, замерев в локальной невесомости.

«Тень» проявлялась в реальном мире без единого звука. Объект 404 не имел чётких физических границ, напоминая густое пятно пролитого мазута, подвешенное в воздухе. Эта искажённая, хищная геометрия жадно потянулась к трем ярким источникам тепла — намертво парализованным от первобытного ужаса новичкам.

X

Оперативник плавно вскинул тяжелую штурмовую винтовку к плечу. Светящееся перекрестье коллиматорного прицела легло точно в центр пульсирующей, ледяной черноты.

Палец специалиста привычно вдавил тугой спусковой крючок. Дорогая изотопная пуля с глухим хлопком прошила ночной воздух, оставляя за собой едва заметный, светящийся инверсионный след.

Удар бронебойного сердечника, начинённого нестабильной химией 28-го отдела, вызвал резкую вспышку холодного неонового света. Искажённое пространство болезненно содрогнулось, с хрустом выплёвывая зависший мусор обратно на асфальт. Тень потеряла фокус, отшатнувшись от грубого физического контакта.