Кван Сан был в отличном настроение, после разговора с Чон Хо, и собрался приступить к работе с документами, как в агентство явился неприятный визитёр.

Все три отдела на этаже располагались в «open-air» (офис открытого типа, — прим.), где рабочие места были разделены перегородками, высотой в полтора метра. Не считая рабочие места руководителей отделов, которым были выделены отдельные кабинеты. Отгороженные от других сотрудников перегородками до самого потолка. Полтора метра из которых были из гипсокартона, а выше — прозрачное стекло. Это давало возможность руководителям укрыться от глаз подчинённых, усевшись на кресло. И также спокойно проследить за их работой, просто встав на ноги. Имелись жалюзи на прозрачной перегородке, которые можно было закрыть, не давая возможность рассмотреть, что происходит в кабинетах руководства.

Услышав поднявшийся шум со стороны рабочих мест подчинённых, Кван Сан встал с кресла и увидел неприятную личность — представителя агентства и адвоката «YG Entertainment», прибывшего к ним с утра пораньше:

— В пятницу на разных сетевых ресурсах были выложены десятки видео с исполнением двух песен, — уверенно говорил этот господин сотруднику отдела приёма документов, усевшись перед ним на стул. — На них некие молодые люди исполняют две песни. Наш юридический отдел внимательно изучил выложенные видеофайлы. И сделал вывод, что эти произведения очень сильно похожи на произведения одного из наших наёмных сотрудников.

Холёный мужчина, тридцати семи лет, одетый в дорогой европейский чёрный костюм. Выделяющийся галстук красного цвета, с золотым зажимом. Идеальная причёска: волосок к волоску, лощёное лицо. Из-под манжеты ослепительно белой рубашки на левой руке выглядывал браслет швейцарских часов. В правой руке кожаный добротный и однозначно недешёвый портфель.

Кван Сан поморщился, увидев данного господина. Попортивший немало крови лично ему и другим сотрудникам КОМСА.

Наглый, самовлюбленный господин. Считающий людей ниже себя по социальному уровню — откровенным мусором. Соответственно, служащие КОМСА, общающиеся с ним, любви к нему не испытывали. И с удовольствием бы затруднили его работу, но просто боялись выйти за рамки предписанной процедуры по регистрации. Из-за того, что данный господин легко мог устроить скандал на равном месте.

Открыв свой кожаный портфель, представитель агентства вытащил футляр с компакт-диском, скреплённые листы А4, а также ручку «Паркер»:

— Файл называется «Плагиат», — сказал с превосходством адвокат, протягивая диск сотруднику ассоциации. Также пододвигая к нему скреплённые документы. — Это наша заявка и претензия.

Сотрудник с непроницаемым лицом взял бокс, открыл его, вытащил диск и вставил его в дисковод на своём системном блоке под столом. Нашёл указанный файл, а потом нажал воспроизведение.

Из динамиков, стоявших на столе рядом с системным монитором раздалось музыкальное произведение.

— Эта та песня, которая сейчас в самом топе? — работник ассоциации сразу опознал песню, посмотрев на представителя агентства.

— В воскресенье были репортажи с показом видео на каналах «KBS 2» и «MBC Music», — подал голос коллега за соседним столом. — «KBS 2» пару фраз сказали, а вот на «MBC Music» очень даже хвалили.

— Это ни о чём не говорит! — поджал губы и холодным тоном сказал представитель агентства. — На лицо плагиат или откровенное воровство! И я вам гарантирую, что наши юристы решат этот вопрос в нашу пользу. Кстати, как скоро ваш начальник отдела подойдёт?

— Как раз, вот и он, — поднялся из-за стола сотрудник отдела, увидев, что в офис из коридора зашёл его руководитель, вернувшийся из кабинета заместителя руководителя ассоциации.

— Я бы хотел с вами переговорить, — заявил гость, пристально смотря на начальника отдела. — Приватно!

Руководитель отдела Мин Хан Кон удивился, увидев представителя агентства «YG Entertainment» в столь раннее время, но не подал вида. Решив уважить его просьбу и любезно пригласил того к себе в кабинет.

В этот момент Кван Сан, слышавший разговор и узнавший музыку, вышел из своего кабинета и с вопросом посмотрел на сотрудника, что принял документацию от их утреннего гостя.

— Господин Кван Сан, — тот начал отвечать на незаданный вопрос, — принесли диск и документы на те самые песни, сертификаты которых вам сегодня принесли.

— Как забавно, — улыбнулся Кван Сан: «Молодец Чон Хо, вовремя обратился ко мне», — подумал он. — Значит за правами на эту песню пришли? — обратился к работнику.

— Да, так ещё претензию принесли, чтобы мы не вздумали кому-либо другому выдать сертификаты на эти два произведения, — ответил тот.

— Претензия — это не к нам, а в суд, — отмёл претензии Кван Сан. — И ты ему ничего не говори, — не дал задать вопрос удивленному работнику.

— Да, но ведь… — начал тот

— … А с твоим начальником, я сам поговорю, — на что сотрудник сразу согласно кивнул, с недоумением смотря, как Кван Сан направился в кабинет к его начальнику.

— Могу вас заверить, — вальяжно развалившись в кресле для посетителей, вещал представитель агентства. — С нашей стороны благодарность приятно удивит вас.