— Да подожди ты, — отмахнулся небритый и вновь повернулся ко мне. — Что там случилось, дедушка? Только подробней.

— Да я тока што видел бандитов. Оружие разгружали, — надул я от возмущения щёки. — Ну тяперь понятно с вами усё. Полиция, тожа мне. Авось купили вас с потрохами. Вот вы и не шавелитесь, ага.

— И где ты видел, говоришь? Что за оружие? — заинтересовался небритый. Остальные залезли обратно в салон, задвигая дверь. Но не полностью. Они тоже внимательно слушали, что я говорю.

— Один из ящиков упал, и там стока оружия! — воскликнул я. — Очень, очень много. И какие-то зелёные бочки, ага.

— Точно забыл таблетки выпить, — хохотнули из салона.

— Да помолчи, Рома, — цыкнул в ту сторону небритый, и вновь пристально взглянул на меня. — Что за бандиты? Можешь описать?

Я вспомнил, что у бандитов Хазарова привычка бить татуировки на руках. Вроде круга с крестом поверх него.

— Намалевали ироды чойто на руках. Кресты, круги, ересь какая-то, — пробубнил я. — А рожи уголовничьи, будто сбяжали из тюряги.

— Так, склад говоришь? Адрес назови, — напряжённо произнёс небритый.

— Да ему во сне приснилось, Петруха! — заржал как конь кто-то из микроавтобуса.

— Да как жа такое приснится-то? — возмутился я. — Не дозвонился я в полицаю, вот и ряшил пойти сам в участок. А тут увидел ваш тарантас.

— Адрес скажи, дедушка. Нам адрес нужен, — погромче сказал небритый, доставая блокнот.

— Ох… — я сделал вид, что лихорадочно вспоминаю что-то. — Там ишшо табличка висела. Калинина, во. Тридцать пять… Рэкс, фу!

— Уаф, уаф! — мой собако-Гоб, взмахивая ушами, подскочил к небритому и оседлал его ногу, начиная яростно её пользовать.

— Да убери ты эту чёртову псину! — зарычал тот, пытаясь скрыться в микроавтобусе.

— К хорошим людям тока вот так лезет, — дёрнул я за поводок. — Ноги им дрючит, ага. Ну-ка, пакостник, сюды пошёл, — я дёрнул ещё сильнее, отчего псевдо-Рэкс захрипел, но отвлёкся от своего увлекательного занятия.

— Тьфу ты, дрянь! — воскликнул небритый. — Все штаны замарала, сучка!

— Эт кобель! Чистокровный кобель! — крикнул я вслед. Затем вновь постучал.

На этот раз опустилось окно.

— Старый, иди с богом, — процедил небритый. — Я записал адрес.

— А если черти стрялять начнут, ага? — надул я вновь щёки, возмущённо пыхтя. — У нас детвора там гуляить.

— Я говорю — всё решим, всех накажем! — крикнул в ответ агент. — Всего доброго!

Я отошёл в сторону, затем медленно пошёл в сторону парка. Гоб совсем расслабился. Начал тянуть меня вперёд в надежде оседлать ту самую болонку, которой он недавно проколол нос кинжалом. Видно решил, что ей в прошлый раз было мало.

— Назад, зелёный, — прошипел я. — Наза-а-ад.

Ну а болонка была явно не против, вот только бабуля вовремя утащила её в сторону.

— Кому-то точно не видать сегодня тушёнки, — процедил я.

Только это усмирило собако-Гоба, и мы прошли до нашей лавочки, находящейся в стороне от главной аллеи. Там мы и вернулись к прежним обликам.

Я прищурил глаза, подставив лицо лучам солнца. Подожду ещё минут пять. Интересно, как быстро агенты отреагируют? Надеюсь, что в ближайшее время.

Мобильный центр слежки, парковка недалеко от ночного клуба, в это же время

— Ну, что думаете, мужики? — оглядел всех Пётр, почесав небритый подбородок.

— Да гонит он, Петруха, — хохотнул Рома. — Просто старому не с кем пообщаться. Я вон… по молодости жил у родичей. Так там мой дед такое выдавал. Теории заговора такие выплетал, что хоть книги пиши.

— В любом случае, нам нужно проверить, — вздохнул Пётр. — А если и правда?..

— Ну ты сам посуди. Старый заброшенный склад. Я же пробил по адресу, глянь, — повернул планшет к его лицу Роман. — Там ни-хре-на. Если кто живой и есть, так только мыши, да жучки-паучки.

— Дорох придёт, надо будет доложить, — упёрся Пётр. Что-то было не так. Старик выглядел вменяемым. Да и говорил уверенно.

Он допил капучино, бросив стакан в урну, затем вернулся к пульту. В это время дверь микроавтобуса шумно отодвинулась. К ним залез Дорохов.

— Так, друзья, что уже накопали? Как успехи? — оглядел он всех, падая в своё кресло.