Через минуту весь ангар превратился в ревущий инферно.

Я стоял у входа и смотрел, как пламя очищает это место.

— Ну вот, — сказал я, отряхивая руки. — Колония паразитов уничтожена.

Саламандра, закончив свою работу, подбежала ко мне, уменьшилась и запрыгнула обратно в карман, свернувшись тёплым калачиком. Она была довольна.

Жилой комплекс, Петербург

Квартира Анжелы

— Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети…

Анжела с размаху швырнула телефон на диван. Аппарат, к счастью, спружинил о мягкую обивку и не разбился. В отличие от её жизни, которая разлеталась на осколки прямо сейчас.

Уже десять, мать его, утра! А эти ублюдки всё молчат.

Она нервно прошлась по комнате. Панорамные окна от пола до потолка открывали шикарный вид на город, но сейчас этот вид вызывал у неё только тошноту. Десятый этаж. Высоко. Красиво. Дорого.

Но слишком дорого для той, у кого в кармане ни копейки, а на шее висят долги, которые невозможно выплатить за две жизни.

Сначала пропал Кислый. Просто испарился вместе со своим дружком. Теперь молчит Бизон. А ведь он обещал, что его парни разберутся и вытрясут из этой овцы Валерии всё до копейки и принесут ей на блюдечке.

И что в итоге? А ничего. Тишина.

Анжела подошла к зеркалу. Вид у неё был паршивый. Под глазами залегли синие круги, руки дрожали. Ей нужно было выпить, но алкоголь кончился ещё вчера вечером, когда она пыталась заглушить страх.

Она знала, кому должна. Это были не те люди, которым можно сказать: «Подождите до зарплаты». Это были Серьёзные Люди. Кредиторы из теневого банка «Последний Шанс». Название говорило само за себя.

Они не ограничивались сломанными пальцами. Они просто забирали должника.

У Анжелы был срок до вечера. Если денег не будет, за ней придут. И тогда её ждёт не уютная квартирка, а закрытый грязный бордель где-нибудь в портовом районе. Отрабатывать придётся натурой, долго и мучительно, пока она не превратится в старую развалину.

— Твари… — прошипела она, кусая губы до крови. — Все вы твари.

Нужно было что-то делать. Раз эти тупые мужланы не справились, придётся действовать самостоятельно.

Она схватила телефон. Пальцы лихорадочно искали номер Валерии.

План родился мгновенно. Позвонить и разрыдаться. Сказать, что попала в беду, что её хотят убить, что нужны деньги… Лера добрая, наивная дура. Она поверит и прибежит спасать «лучшую подругу». Принесёт всё, что у неё есть.

Анжела уже предвкушала, как будет разыгрывать этот спектакль. Как будет давить на жалость, вспоминая школьные годы.

Внезапно за окном послышался странный звук. Будто кто-то огромный захлопал мокрым бельём на ветру.

Анжела машинально повернула голову к окну.

Толстое закалённое стекло, рассчитанное на ураганный ветер, брызнуло внутрь тысячей осколков.

Анжела взвизгнула, прикрываясь руками, и отлетела к стене. Телефон вылетел из руки и заскользил по паркету.

В комнату ворвался холодный ветер, а следом влетела огромная тварь. Размах крыльев — метра четыре. Тело покрыто струпьями и редкой жёсткой шерстью. Голова лысая, бугристая, с огромным клювом, усеянным зубами.

Химера приземлилась на журнальный столик, раздавив его в щепки. Её когти оставили глубокие борозды на паркете.

Она медленно сложила кожистые крылья и повернула голову.

Анжела сползла по стене на пол. Она хотела закричать, но горло перехватило спазмом. Из груди вырывался только сиплый хрип.

Глаза твари горели. Реально горели — в пустых глазницах полыхало багровое пламя. Оно пульсировало, гипнотизировало, выжигало остатки рассудка…

Существо сделало шаг к ней.

— Кх-х-х… — вырвалось из его глотки.

Звук был ужасным. Как скрежет металла по стеклу, смешанный с бульканьем крови. Но это были слова. Искажённые, страшные, но слова.

— Она… — прохрипела тварь, склоняя морду к самому лицу Анжелы. Из пасти пахнуло какой-то гнилью. — … неприкасаемая…

Анжела вжалась в плинтус, пытаясь стать частью стены.

— Он… злится…

Тварь открыла пасть шире. Багровый огонь в глазах вспыхнул ярче. И вдруг завизжала.

Волна чистой боли ударила по барабанным перепонкам, пронзила мозг, заставила зубы вибрировать…

Анжела зажала уши ладонями, но это не помогло. Она почувствовала, как по шее потекло что-то тёплое и липкое. Кровь. У неё лопнули перепонки.