Наталья Михайловна бросила на меня внимательный взгляд. Я ей улыбнулся и подмигнул.

— Куда я денусь от вас, Зинаида Михайловна? — пошутил я. — У меня домик в деревне, корова, запасы на зиму.

— Пригласил бы что ли к себе в гости, — задумчиво сказала она. — Денька на три отдохнуть от городской суеты.

Наталья Михайловна незаметно наступила мне на ногу, мол, я тебе приглашу!

— Посмотрим, — уклончиво ответил я. — Может, и отдохнём.

В общем, к полудню мы свой вояж по магазинам завершили, машину забили практически до отказа: и салон, и багажник, оставив только свободные места для пассажира и водителя. Конечно же, тремястами рублями дело тут не обошлось: если зимние сапоги из крепкой, прочной кожи, разумеется, немецкие «саламандер» стоили 80 рублей! И это по госцене, без спекулятивных накруток!

Я умышленно завернул к кафешке. Наталья Михайловна смолчала, видимо, впечатленная суммой потраченных на неё денег.

— Надо пообедать, — заявил я. — А то я сейчас в деревню собираюсь. Некогда будет.

Учительница кивнула.

— Я так думаю, что все покупки мне лучше отвезти в Кочары, — заметил я. — Чтоб лишний раз не грузить, не перегружать. Вы как считаете?

— Если тебе не сложно, Антон, — осторожно ответила Наталья Михайловна. Ты их Цветане в дом тогда сложи, хорошо? Я у неё ведь жить собираюсь.

Я не возражал. Я так и предполагал. Я совсем не готов был к тому, что у меня в доме поселится взрослая женщина, ну, кроме maman, конечно.

И всё-таки интересно, как Цветана убедила её идти к ней в ученицы? Бросить спокойную размеренную городскую жизнь, променяв теплую квартиру с горячей водой на жизнь в деревне? Хотя с другой стороны, эта квартира никуда от Наташки не денется, будет она приезжать в город на выходные. А там видно будет!

— Антон! — перебила мои мысли Наталья Михайловна. — Извини, пожалуйста, сможешь мне одолжить еще хотя бы рублей десять?

Я молча вытащил из кошелька и протянул ей четыре 25-рублевых купюры. Для меня это была такая мелочь! Для неё, надеюсь, это тоже скоро станет так же.

После кафе Наташка вдруг домой, в поселок Химик ехать отказалась, сославшись на какие-то дела. Я же прямиком рванул в деревню.

УКГБ СССР по Переславской области.

Кабинет начальника Управления

— Заместитель председателя комиссии полковник юстиции Некрасов Юрий Олегович, — доложил начальник отдела контрразведки полковник Горюнов, — во внеслужебное время дважды посетил объект «Площадка». На территорию объекта проникнуть не пытался, но, — полковник улыбнулся, — в щели между досок заглядывал. В отношении него в Москву направлена ориентировка.

Киструсс кивнул, перевел глаза на Устинова:

— У вас что, товарищ майор?

— Новый начальник уголовного розыска УВД майор милиции Шишкин подал рапорт о проявлении неслужебного интереса к засекреченным и изъятых нами материалам, — сообщил Денис. — В том числе во время опроса оперативного источника на контрольной встрече. При этом Некрасов на контрольной встрече вел скрытую аудиозапись. Рапорт из УВД передан нам.

— То есть, милиция почувствовала, что там всё не так просто? — уточнил Киструсс.

— Так точно, — согласился Денис. — Я после этого беседовал с Шишкиным. Он подтвердил изложенное в рапорте, а также сделал предположение, что Некрасов копает по «Площадке» целенаправленно и, возможно, не просто так.

— А как, не просто так? — засмеялся Киструсс.

— Шишкин сказал, что Некрасов точно шпионит для кого-то, — отрезал Устинов. — Потому как все заданные им вопросы не относятся к его компетенции ни в коей мере.

— Вот как! — покачал головой генерал. — Увы, прямых доказательств его причастности к деятельности иностранных спецслужб пока совсем нет. Зато есть направление, которое мы и будем отрабатывать. В этой связи к 12.00 завтрашнего дня жду от вас проработанные планы дальнейших мероприятий. Все, кроме Устинова, свободны.

Киструсс дождался, пока руководители подразделений покинут его кабинет, посмотрел на сидящего напротив него Дениса, поинтересовался:

— Как дела с Ковалевым?

Устинов пожал плечами:

— Всё нормально, Никита Павлович. Наш товарищ учится, работает. Система связи обговорена.

— Я это к чему, Денис Владимирович, — пояснил, медленно выговаривая каждое слово, Киструсс. — Не верю я, чтобы Некрасов был шпиёном (он так и произнёс это слово, через «ё»). Он хоть и полковник, но судя по характеризующим данным, человек ограниченного ума, безынициативен, туповат, в конце концов. Скорее всего, кто-то его просто использует, причём, втемную. У меня есть одна идейка…

Киструсс замолчал, наблюдая за реакцией Устинова. Денис ждал.

— Ковалёв сможет грамотно допросить человека, чтобы тот рассказал всю правду, но потом, после встречи всё забыл напрочь?

— Сможет, товарищ генерал, — кивнул Устинов, вспоминая, что разговор на эту тему с Антоном был когда-то.

— Я к чему? — продолжил Киструсс. — Я поговорил бы с начальником УВД Волченковым, чтобы он выдернул этого Некрасова из Москвы сюда на пару дней, под предлогом пояснений по акту проверки. Может, что-то подписали не так и прочее. Чай, не на край света лететь. Всего три часа на поезде. А мы с Ковалевым бы его в гостинице того… опросили. Опросили и забыли. Москва возражать точно не будет.