— Молод? — тихо спросил Гриша. — Да, мама… Пожалуй, ты права. Я действительно ещё молод. Вот только… — парень выдохнул. — Пока я вырасту, я могу потерять вас всех. Могу потерять тех, кого люблю. И именно поэтому я каждый день тренируюсь, каждый день учусь чему-то новому, каждый день сражаюсь с тварями разломов, чтобы никого не потерять… И даже сейчас… — Гриша покрепче сжал копьё в своей руке. — Вынужден сражаться с вами, чтобы спасти от вашей же гордости!

— Спасти от гордости? — Светлана нахмурилась. Подбежали члены Рода и целитель, которые быстро унесли Александра, а сама женщина встала. — Что ты знаешь о гордости нашего Рода, Гриша? Что ты знаешь о том, через что мы прошли, чтобы сохранить свою гордость, и чтобы нас уважали за нашу же гордость?

Женщина покачала головой, смотря перед собой и продолжая:

— Гордость — это то, что является основой нашего Рода. Гордость — это то, благодаря чему мы до сих пор живы и почему нас до сих пор не растоптали. Ты и понятия не имеешь о том, сколько лживых ублюдков пытались к нам подмазаться и очернить. Именно благодаря нашей гордости наши люди до сих пор стоят несмотря ни на что. Потому что они уважают себя, наше право, и наш Род. Не будь этой гордости — и мы бы уже давно были покорены. Мы стоим, потому что не прогнулись ни перед кем.

— Разве это препятствие, чтобы принять помощь? — спросил Гриша. — Вы однажды помогли нам, так почему мы не можем вам помочь?

— Потому что мы графский Род, — спокойно ответила Светлана Вяземская. — Ты ещё мал, Гриша, и не поймёшь, что такое долг перед другим графством или империей, висящий над Родом, и как трудно его отдавать. А отдать однажды придётся. Не сейчас, так потом. Будь то родственники или нет. И уж лучше мы справимся со всем сами, чем будем кому-то должны.

— То есть, — парень покачал головой. — Ты не примешь меня главой Рода?

Рассказывать о том, что они и так должны империи, он не стал, так как это к делу не относится.

— Нет, — ответила женщина. — Если хочешь стать главой Рода, тебе придётся перешагнуть через меня.

— Я не собираюсь перешагивать через тебя, — ответил Гриша, крепче сжимая копьё, которое начало сиять. — Но мне придётся показать тебе, мама, что вы не так сильны, как тебе казалось ранее… Я понимаю, что ты защищаешь Род. Но и я не для того рос над собой, чтобы в последствии отступить, когда вам угрожает опасность. И ты ошибаешься, считая, что я ничего не помню… Помню… Помню, как ты была на грани срывов. Помню, как ты держалась ради нас… И именно поэтому сейчас не имею права отступить! Чтобы защитить вас, а не уходить потому что меня решили сберечь!

— Хочешь бросить мне вызов? — спросила всё такая же спокойная Светлана Вяземская.

— Мне придётся, — ответил её сын, вставая в стойку.

— Гриша! — рядом опустилась Аня. — Я не думаю, что это хорошая идея! Светлана Вяземская предвысшая, а ты хоть и первого ранга, но ещё мастер!

— Я не могу отступить, Аня, — с тоской в голосе тихо ответил парень. — И тебе вмешиваться в это не позволю. Я должен разобраться с этим сам… Иначе не смогу себя уважать. Я должен спасти свою семью…

Девушка стояла, внимательно смотря на него. Повернув голову в сторону Светланы Вяземской, Аня произнесла:

— Хорошо…

Она взлетела вверх, чтобы наблюдать за конфликтом на высоте и в случае чего вмешаться, а Светлана Вяземская покачала головой.

— Покажи мне, сын, чему ты научился…

Гриша ещё крепче сжал своё копьё, срываясь в бой. Светлана Вяземская же молча махнула рукой, посылая в его сторону гигантскую воздушную волну.

Дирижабль:

События внизу… Развивались стремительно.

Я не сомневался, что Светлана Вяземская не отступит. Знал, что она не примет Гришу в роли главы Рода.

При всех своих навыках и талантах — Гриша сейчас слишком молод. Да, он многое понимает, многое умеет, на его плечах и на плечах Тины по первой была вся экономическая и не только система Рода, но он не готов быть главой. По крайней мере не сейчас. Может через года два-три…

Слишком импульсивен, слишком… Молод. Молодость зачастую играет против глав Родов. Ведь никто не знает, что взбредёт в голову молодому главе, увидь он, скажем, красотку, которая ему понравится и которая поманит его пальчиком. Или любая другая проблема.

Гриша не такой, я знаю, но, тем не менее понимаю, почему Светлана так поступает. Её действия рациональные. А ещё она защищает свой Род. Впрочем, Гриша тоже. Вот только… Как и с Александром ранее, они со Светланой тоже упёрлись рогом.

Светлана Вяземская привыкла полагаться только на Род. Только на тех, кто рядом. И дело даже не в самой Светлане, а во всех аристократах. Никто не захочет быть в долгу у другого аристократа. Тем более в графском долгу. Это, по сути, петля на шею. А родственнички порой такие бывают, что впору вешаться…