Дирижабль сел на землях у имения, где я высадил Гришу и Лену с людьми. Сам пересел в другой дирижабль, полетев в столицу. Учитывая то, что меня там ждёт разговор с отцом Яны, решил не откладывать этот момент. Да и от императора тоже пришло письмо.

Полёт до столицы не занял много времени. Высадиться я решил прямо над землями Дубровских. Дирижабль полетел дальше, пока сам я телепортировался к воротам имения, смотря на вздрогнувших и сразу начавших создавать техники охранников двух предвысших.

Впрочем, поняв кто перед ними, они тут же открыли ворота, впуская меня внутрь. Я зашёл пешком, без всяких телепортаций. Раз открывают, значит нужно уважить их труд нажатия на кнопку.

Над Родом Дубровских раскинута невидимая синяя сеть, блокирующая телепортацию. Для меня обойти её раз плюнуть, но зачем светить своими способностями? Поэтому просто пошёл пешком до здания.

Судя по тому, что я чувствую — Яны сейчас нет в имении. Только её отец и мать.

Дверь мне открыл дворецкий. Немолодой мужчина поклонился и отошёл в сторону, впуская меня.

Разувшись на входе, надел белые мягкие тапки и пошёл по коридору вслед за дворецким. Он вёл меня прямо на второй этаж, к кабинету Владимира Сергеевича. Открыв передо мной дверь, дворецкий вновь отошёл в сторону.

Я вошёл внутрь, смотря на отца Яны. Он сидел в рубашке и был чем-то занят, но, увидев меня, поднялся, выходя из-за стола.

Мы одновременно протянули руки для рукопожатия.

— Рад, что вы нашли время, чтобы зайти ко мне, — произнёс мужчина. — Прошу, — он указал на кресло, — присаживайтесь.

Я занял предложенное место, ожидая, пока и отец Яны займёт своё. Наконец он сделал это и, сцепив руки в замок перед собой, о чём-то задумался.

Я не мешал ему, хоть это и некультурно. Между нашими двумя Родами рамки давно начали стираться. Мы понимали друг друга, вот и сейчас я не стал мешать пока он думал.

Наконец Владимир Сергеевич посмотрел на меня и спросил:

— Мы можем общаться неофициально?

Этот вопрос меня удивил. Ведь он означает, что разговор будет не самым простым.

— Конечно, — спокойно ответил я.

— Сергей, за помощь, оказанную на передовой, вы мне ничего не должны. Это была ситуация на границе и я не мог действовать иначе, а также вы и так уже отплатили за службу моих людей. За что спасибо.

На это я ничего не ответил, ожидая, когда же мужчина перейдёт к основному этапу этого разговора. И он не заставил себя ждать. Впрочем, начав совсем не с того, о чём я подумал.

— Сергей. Я понимаю, что вы хотите помочь своим родственникам, но знаете ли вы, что это повлечёт за собой?

Владимир Сергеевич внимательно смотрел на меня.

— Что вы имеете в виду? — спросил я, также внимательно смотря на него.

Хоть он и спросил по поводу менее официального общения, но всё же это отец моей будущей жены, и я не могу не относиться к нему неуважительно. Родственники будущие, как никак.

— Вы умный парень. Глупый бы не поднялся так высоко, — продолжил мужчина. — Поначалу даже я думал, что вам помогают родственники, раз вы так быстро растёте. Но узнав ситуацию поближе, убедился, что всё это лишь благодаря вашему таланту. Сергей, вы же понимаете, что ситуация с вашими родственниками не так проста, как может показаться на первый взгляд?

Я решил не играть в эти догадки и прямо спросил:

— Вы имеете в виду то, что за нападениями на них могут стоять другие графства?

Он изумился, но быстро взял себя в руки, едва заметно кивнув серьёзно головой.

— Так всё же знаете.

— Догадываюсь, — ответил я.

— Тут уже не догадки, — покачал головой Владимир Сергеевич. — Это очевидно, если влезть в это дело достаточно глубоко. Ситуация с Вяземскими… — он задумался, — сложная. Это крайне непростой Род с крайне непростой историей, уходящей даже глубже, чем история Рода Дубровских.

— Вы про конфликт императорского Рода и Вяземских? — снова спросил я прямо.

Вот тут отец Яны удивился уже сильнее.

— Так вы и об этом знаете?

— Смотря о чём вы говорите, — пожал я плечами.

Есть вещи, которые лучше не произносить вслух. И тут даже вопрос не в трусости или сомнениях, а вопрос этикета. Если ты готов поднять какой-то вопрос, это совсем не означает, что на это готов и твой оппонент.

Владимир Сергеевич вновь пару секунд помолчал.

— История — сложная штука, — начал он. — В ней никогда не бывает одной точки зрения и не бывает одной точки опоры. Как правильно говорится — историю пишут победители. Кто всё же победил в ситуации с Вяземскими и императорским Родом — мне, может к сожалению, а может к счастью, неизвестно. Так что то, что случилось с этими двумя Родами по настоящему — остаётся за кулисами.