Всегда.

Здравомыслие решило напомнить мне в самый неподходящий момент, что если возьму что-то от Джио, это будет означать, что я забираю то, что не принадлежит мне по праву. Как бы мне ни хотелось сказать, что я остановился только для того, чтобы избавить его от боли в будущем, это была не вся правда. Я остановился, потому что знал, что если этого не сделаю, то пересеку границу, которую уже никогда не смогу восстановить. Я был слишком труслив, чтобы справиться с чувством вины, особенно когда, в конце концов, снова встречусь с отцом Джио.

– Есть кофе, - сказал я в ответ на заявление Джио, надеясь, что он поймет намек.

Джио колебался так долго, что я был уверен, он повернется ко мне спиной и уйдет, но он прошел на кухню и направился к кофеварке. Я уже поставил перед ним кружку, так что ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы наполнить ее.

Я не был уверен, почувствовал ли облегчение или занервничал, когда Джио сел за кухонный стол напротив меня. На нем была его обычная одежда для сна, состоящая из спортивных штанов и поношенной футболки, которой на вид было лет сто, но, вероятно, на ощупь она была мягкой, как облако. Только когда я пригляделся к выцветшей надписи спереди, понял, что это моя футболка. Это была одна из моих старых армейских футболок, которую я просто потерял из виду. Я не помнил, как отдавал ее Джио, так что, должно быть, в какой-то момент он стащил ее у меня за те два года, когда мы, практически были, не разлей вода.

– Я был в твоей школе, потому что хотел сделать тебе сюрприз. Я взял с собой Феттучини, и собирался спросить, не хочешь ли ты сходить в наше кафе.

Господи, когда это кафе стало нашим?

– Почему ты не ушел, когда увидел, что я на свидании?
– Подозрительно спросил Джио.

Рот был словно набит ватой. Я с трудом сдерживал раздражение при воспоминании о том, как незнакомец прикасался к Джио. Конечно, все, что он сделал, это мгновение подержал Джио за руку, а затем закончил свидание безобидным поцелуем в щеку, но я был готов разорвать этого парня на части. Несмотря на то, что парень был совсем не похож на Тэда, я все равно испытывал одинаковую ярость к обоим мужчинам.

– Я ревновал, - признался я, потому что Джио заслуживал услышать правду.

Да, я мог бы промолчать и оставить его гадать, зачем наблюдал за его свиданием, но и так уже слишком сильно облажался с Джио. Несмотря на все, что произошло, я не хотел отталкивать его.

– Я видел, как он прикасался к тебе...
– Начал я, но раскаленное добела ощущение жжения под кожей было слишком сильным, чтобы я мог продолжить объяснения.

– Ревновал, - недоверчиво пробормотал Джио. Он покачал головой и сказал: - Как это вообще работает? Как ты можешь ревновать к тому, кого не хочешь?

– Думаю, прошлая ночь была достаточным доказательством того, что я хочу тебя, - заметил я.

– Ты остановился, - прошептал Джио.
– Ты был так, блядь, нужен мне...
– Он закрыл глаза и попытался успокоиться.
– Это хуже, чем кошмары, - прошептал он срывающимся голосом.

Казалось, что чья-то рука проникает мне в тело и вырывает органы один за другим. Некоторые из его кошмаров были почти изнурительными, и все же он сказал, что они предпочтительнее, чем мое присутствие рядом. С одной стороны, я понимал его разочарование. С другой стороны, чувствовал потерю.

Потерю чего-то, чего у меня на самом деле никогда не было. Чего у меня никогда не могло быть.

– Прошлая ночь была моей виной, - сказал я.
– Ты здесь еще месяц, Джио. Ты можешь просто дать мне его? Я дам тебе больше пространства, если это то, что тебе нужно. Я не могу уйти, зная, что с тобой делают эти кошмары. Я все еще слышу тебя каждую ночь. Твои тихие крики и приглушенное всхлипывание.
– Дыхание перехватило, когда я продолжил: - Ты разговариваешь во сне, ты знал об этом? Ты продолжаешь умолять кого-то остановиться.
– Я опустил глаза и уставился в кофе, пытаясь взять под контроль свои капризные эмоции.
– Я не могу оставить тебя с этими демонами. Если стена рухнет, я должен быть здесь. Я должен защитить тебя.
– Джио открыл рот, чтобы ответить, и, поскольку я точно знал, какой вопрос он собирается задать, заговорил раньше.
– Не спрашивай почему. У меня нет ответа для тебя. У меня и для себя нет ответа. Как я и говорил тебе вчера. Ты должен прислушиваться к чутью, а мое чутье подсказывает, что я должен быть здесь.

Джио отодвинул чашку. Он даже не притронулся к темному напитку. Он положил локти на стол и начал ерошить волосы.

– Один месяц, - прошептал он. Он продолжал теребить волосы даже после того, как, наконец, поднял на меня взгляд и кивнул.
– Хорошо, - пробормотал он, а затем поднялся на ноги, скорее всего, чтобы избежать моего присутствия.

Разумное решение. Единственный способ пережить следующие четыре недели - это держаться на расстоянии друг от друга. Но прежде чем Джио выйдет из-за стола, мне нужно было прояснить еще кое-что.

– Прошлой ночью я ни с кем не был, - сказал я.

Он замер.

– Я слышал, что ты вчера вечером сказал о моих свиданиях. Я думал о том, чтобы пойти в клуб, но не пошел. Я остался здесь и слушал, не приснился ли тебе кошмар.

Джио с трудом сглотнул, опустил голову, развернулся и вышел. Я услышал, как закрылась дверь его спальни. Взглянув на часы, я понял, что ему почти пора отправляться на занятия. У меня уже были свои планы на этот день, но теперь я их пересматривал. Было очень вероятно, что мой план принесет только больше вреда, но в то же время я чувствовал, что это поможет затянуться некоторым глубоким ранам. Я не хотел, чтобы следующие четыре недели превратились в какую-либо битву с победителями и проигравшими. Я просто хотел провести время с Джио, но из-за того, что не мог оторваться от него, вероятно, зашел слишком далеко.