Кейрон, мужчина средних лет с уставшими карими глазами, покачал головой, и седые волоски в его темных волосах заблестели в утреннем свете. На его лице читалась та особая усталость человека, который каждый день сражается с техникой:

— Обновления... Как будто мы знаем, где их взять. В сервисном центре говорят: "Купите новую модель, эта устарела". А новая стоит как половина моей годовой зарплаты.

Лира Коррен, стройная женщина с короткими каштановыми волосами и умными зелеными глазами, работала диспетчером грузовых перевозок в космопорту. Ее руки, в отличие от мужниных, были чистыми, но пальцы носили следы постоянной работы с голопанелями — едва заметные потертости от сенсорных экранов. Она включила голопроектор, и над кухонным столом возникло мерцающее трехмерное изображение ведущего новостей — элегантного человека в дорогом костюме, говорящего с того высокомерного спокойствия, которое было присуще обитателям верхних уровней.

— ...очередной сбой в системе навигации привел к задержке рейсов в секторе Альдераан, — сообщал голограммный репортер, его слова сопровождались изображениями звездных карт и мигающих красных точек, обозначающих проблемные зоны. — Инженеры флота Республики работают над устранением неполадок, но сроки восстановления пока не определены. Сенатор Палпатин выразил обеспокоенность участившимися техническими сбоями и призвал к усилению контроля над системами жизнеобеспечения...

— Опять навигация глючит, — вздохнула Лира, отпивая из чашки с горячим чаем, аромат которого смешивался с запахами утренней кухни. — Хорошо, что мы на планете живем, а не в космосе болтаемся.

За окном прошелестел еще один спидер, его антигравитационные двигатели издавали характерный высокочастотный свист, который жители средних уровней научились не замечать, словно сердцебиение родного города.

Алекс сел за стол, обитый мягким синтетическим материалом, имитирующим кожу кореллианского нерфа, и посмотрел на дроида, который все еще пытался что-то приготовить. В его детской голове возник простой, но пронзительный вопрос: "А почему дроид не может сам найти свои неисправности? Если он понимает, что программы не работают, значит, он может их проверить?"

Из голопроектора донеслись новые новости: "...торговые переговоры с Торговой Федерацией продолжаются, несмотря на растущую напряженность. Представители федерации настаивают на снижении налогов на торговые маршруты во внешнем кольце..."

— Пап, — сказал он, прерывая поток новостей, — а почему K-7PO не может сам себя починить?

Кейрон рассмеялся коротким, усталым смехом человека, который слишком много знает о капризах техники:

— Дроиды не люди, сынок. Они делают только то, что запрограммировано. Если программа сломалась, им нужен ремонт.

— А кто их программирует?

— Ну... — отец задумался, потирая подбородок рукой, от которой пахло металлом и машинным маслом. — Завод-изготовитель, наверное. Или специальные программисты. Не знаю, честно говоря.

Алекс нахмурился, ощущая, как в его сознании формируется что-то важное. Но программы же кто-то пишет? Обычные люди?

K-7PO наконец подошел к столу, его сервоприводы тихо жужжали при каждом движении, неся тарелку с чем-то, отдаленно напоминающим яичницу, но обладающим подозрительным синеватым оттенком и источающим аромат, который сложно было назвать аппетитным.

— Завтрак готов, — объявил он с той механической вежливостью, которая, казалось, скрывала нечто большее. — Правда, я не могу гарантировать его полное соответствие стандартам питания органических существ.

Лира попробовала вилкой край синеватой массы и скривилась, словно попробовала что-то крайне неприятное:

— Соленая какая-то. И почему она синяя?

— Возможно, произошла ошибка в цветовых настройках моих сенсоров, — невозмутимо ответил дроид, но в его голосе слышались нотки того, что у живого существа назвали бы смущением. — Или в дозировке пищевых добавок.

За окном послышался новый звук — низкое гудение патрульного спидера службы безопасности, его сирена издавала характерные двухтональные сигналы, эхом отражающиеся от стен соседних зданий.

— А ты можешь проверить свои настройки? — спросил Алекс, и его детский голос прозвучал в утренней кухне как вызов самим основам их мира.

Дроид повернул к нему голову, его оптические сенсоры сфокусировались на лице мальчика. В их глубине мелькнуло что-то похожее на удивление — эмоция, которой, согласно всем учебникам, у дроидов быть не должно.

— Я... это не входит в мои базовые функции, маленький хозяин.

Из голопроектора продолжали литься новости: "...джедаи продолжают расследование инцидента на Набу. Мастер-джедай Квай-Гон Джинн отказался комментировать слухи о возвращении ситхов..."

— Но это же глупо! — вдруг сказал Алекс, и в его голосе прозвучала та детская прямота, которая порой способна разрезать сложные взрослые проблемы как световой меч. — Если дроид сломался, нужно его починить. А чтобы починить, нужно понять, что сломалось.