— Заткнись, — повторил полисмен. Джентри видел растущее беспокойство, пока их головы поворачивались взад-вперед, с севера на юг.

Сержант постучал громче. На глазах у Джентри и остальных седой мужчина наклонился к густо тонированному стеклу. Должно быть, он увидел какое-то движение, указывавшее на опасность, поскольку быстро попятился и потянулся к пистолету на бедре.

Окно со стороны водителя разлетелось в треске выстрелов. Человек в черном облегающем комбинезоне и горнолыжной маске выскользнул из машины на мостовую с короткоствольным автоматическим пистолетом в руке. Он выпустил еще три пули в шатающегося сержанта, и тот замертво упал на спину.

Четверо копов вокруг Джентри выхватили свое оружие; их выучка немного пострадала от паники. Попасть в цель с тридцати метров из такого оружия было затруднительно, но они начали палить вниз по склону, крича от потрясения и пригибаясь в поисках укрытия.

— Другой фургон! — завопил Корт. — Другой гребаный автомобиль!

Он упал на холодный бетон рядом со скамьей, держа над собой левую руку, прикованную к подлокотнику.

Полицейские оглянулись и увидели четырех человек в масках, шагавших по черной дороге в их сторону. Все они держали такие же пистолеты, как у человека на автозаправке, к которому теперь присоединились еще трое. Восемь убийц приближались уверенно, как будто у них было все время в мире.

— Снимите с меня наручники! Нам нужно внутрь! — прокричал Корт, но полицейские лишь вжимались в бетонную платформу, сидели на корточках или прятались за багажными тележками, продолжая неточную стрельбу, пока люди в черном угрожающе надвигались на них с противоположных сторон.

Лысый молодой полицейский что-то кричал в рацию, закрепленную на погоне его куртки. Он пригнулся в четырех метрах от Джентри за багажной тележкой, которая плохо защищала его от людей, шедших с севера, со стороны холма, и совсем не защищала от людей, шедших от заправки.

Корт видел бетонную крошку, которая летала по платформе в направлении молодого копа, который смотрел в другую сторону и кричал в микрофон. Каждый взрыв цемента и пыли случался все ближе и ближе к нему, пока наконец сверхзвуковые пули не вонзились ему в спину и в ноги. Он упал на бок и задергался на бетоне. Предсмертные судороги прекратились так же быстро, как и начались.

— Кто-нибудь, дайте мне пистолет! — крикнул Корт. Трое оставшихся полицейских не обратили на него внимания. Они продолжали неточную стрельбу и перезаряжали пистолеты медленно, дрожащими руками.

Корт извернулся ужом на холодном бетоне. Он уперся ботинками в железные ножки скамьи и лягнул изо всех сил. Он отчаянно пытался отбить большой железный подлокотник, к которому был прикован, от остальной части огромной деревянной скамьи. Металлический наручник больно врезался в его запястье, пока он пинал и тянул. Вскоре в его действиях появился ритм: пинок обеими ногами, треск старого дерева, рвущая боль в плече и запястье.

Автоматная очередь прошлась по окну над его головой. Осколки разбитого стекла разлетелись над скамьей во все стороны. Продолжая лягаться, он повернул голову и посмотрел направо. Второй полисмен был ранен в плечо и бедро. Он выронил свой пистолет и корчился от боли на платформе.

Потребовалось тридцать ударов обеими ногами, чтобы отломать металлическую оконечность от деревянной скамьи. Один последний удар каблуками и рывок руки. Боль в левом запястье была мучительной, но скамья распалась на части. Джентри пополз на коленях, склонился над тяжелым куском декоративного металла и поднял его. Десятикилограммовая металлическая штуковина по-прежнему была прикреплена к его исцарапанному и распухшему запястью. Он обхватил ее скованной рукой и под перекрестным огнем побежал к раненому копу, корчившемуся посередине платформы. Находясь примерно в четырех метрах, он бросил железку перед собой и упал, проскользив по полу. Она приземлилась на бетон с таким громким шумом, как и раздававшиеся вокруг выстрелы. Его распухшее запястье напряглось в наручнике.

Склонившись над швейцарцем, он потянулся к его поясу.

— Мое бедро! — вскрикнул тот. — У меня тяжелое ранение в…

— Уж извини, — сказал Корт, снимая ключ от наручников с цепочки на служебном ремне полицейского. Он был запятнан кровью. Склонившись ниже от воя сверхзвуковых пуль, только что пронзивших воздух над его правым ухом, Корт выставил железный подлокотник перед собой и толкнул его к краю платформы. Пополз за ним и снова толкнул.

Раненый полицейский выбросил руку и ухватил Корта за ногу в жалкой попытке получить помощь и одновременно вернуть контроль над задержанным, как будто это имело теперь какое-то значение. Джентри отпихнулся от умирающего человека, схватил его упавшую «Беретту» и продолжил ползти. Грохот пистолетных выстрелов преследовал его вдоль края платформы, немного не доставая до него и до его железного якоря. Потом он перевалился через край. Его перевозбужденный мозг едва не ударился в панику, когда ему на мгновение показалось, что он потерял ключ в снегу, но Корт быстро нашел его. Поднявшись на колени, он постарался выровнять замерзшие пальцы на ключе, чтобы отомкнуть наручники на левом запястье.

Из пяти полицейских, снявших его с поезда, только двое оставались в боеспособном состоянии. Оба пригнулись за плохим укрытием на платформе. Не желая подставлять свою голову под прицел любого, кто видел его маневры, Джентри продвинулся еще на несколько футов, а потом выглянул через край платформы. Он крикнул копам, чтобы они бежали к нему из-под прикрытия. Один откликнулся, что у него кончились патроны. Второй был ранен в правую руку и стрелял с левой руки через каменный горшок для растений. Судя по его технике, он был правшой.