В подвале мы нашли несколько трёхлитровых банок с соленьями. Я с подозрением посмотрел на начинающие ржаветь крышки и мутноватый рассол.

— Да ты чего?! — расхохотался Матвей. — Это, наоборот, самое то! С годами только вкуснее становится, хоть звёздочки рисуй. Завтра омлет пожарю, огурчики солёные открою, пальчики оближешь!

— Хорошо, уговорил, — кивнул я и взял в руки другую банку, содержимое которой удалось рассмотреть, только стерев пальцем немного пыли, сделав окошко. — А вот это по-моему варенье какое-то и его точно пробовать не стоит.

— Ваня, ты меня без ножа режешь! — всплеснул руками Матвей. — Ну какой нормальный человек будет выбрасывать варенье из чёрной смородины?

— И как ты его идентифицировал? — полюбопытствовал я.

— По жизненному опыту, по цвету и по ягодкам, — сказал парень, достал из кармана пакет с ручками и поставил туда варенье и огурцы. — Я его в компот добавлю, знаешь, какая вещь получится? А есть ещё один обалденный вариант: белый хлебушек мажешь маслицем, а сверху вареньице. Тут главное — пальцы себе не пооткусывать.

— Ладно, убедил, попробуем.

Закончив с обустройством, мы снова собрались на кухне и Матвей сделал к чаю те самые легендарные бутерброды с маслом и смородиновым вареньем. Это было божественно!

Пока я принимал утром водные процедуры в своей личной ванной комнате, вспоминал комфортную жизнь в родовом замке и читал отчёт учёных из родовой лаборатории о возможности появления дара барьерщика у простолюдина. Когда дочитал до конца, обнаружил, что побрился лишь наполовину и так и стою с бритвой в руке.

— То есть как это, не может такого быть? — сказал я своему отражению, выпучившему на меня глаза. — Бред какой-то, я же своими глазами это видел.

— Ваня, всё в порядке? — услышал я из-за двери голос Матвея. — Ты там по телефону, что ли, разговариваешь ни свет ни заря? Ты забыл про разницу во времени? Все нормальные люди в Екатеринбурге ещё спят!

— А ты чего не спишь? — буркнул я, продолжив бритьё.

— Как это, чего не сплю? — спросил Матвей, заглядывая в ванную. — Я же обещал тебе утром приготовить омлет с колбасой и солёными огурчиками, которые ты вчера выкинуть хотел.

— А, ну да, — ответил я, вытираясь полотенцем. — Ты точно уверен, что я не оккупирую сегодня туалет в приёмном отделении?

— Слушай, Ваня, я уже понял, что ты не из простой семьи, — Матвей изо всех сил старался подавить своё возмущение и наверняка уже проглотил слово «зажрались». — Но чтобы настолько далеко быть от народа — это уже перебор. Ну чего им будет? Они же солёные и закатаны в стерильную банку! Ну, если хочешь, я съем их ровно столько же, сколько и ты?

— Всё равно несправедливо, — усмехнулся я. — Ты-то будешь дома, а не на работе.

— Дома, говоришь? — нахмурился парень. — Я, вообще-то, собирался сегодня весь день в городской библиотеке торчать. Наверняка нужная мне литература окажется не навынос, а только в читальном зале.

— Ну, тогда я спокоен! — рассмеялся я. — Значит, мы будем практически наравне.

— Значит, едим по три огурца и расходимся, лады? — спросил Матвей и протянул мне руку.

— По три? — искренне удивился я.

— Ты ещё и четвёртый попросишь, поверь мне, — улыбнулся Матвей. — Они просто великолепны! Я уже испытал их на себе.

Вот омлет из деревенских яиц и колбасы того же происхождения и в самом деле был великолепен. Но четвёртый огурец я не стал есть чисто из принципа, хотя мог бы, приятель оказался прав.

Из-за того, что вышел из дома в уже привычное время, а живу теперь в два раза ближе, пришёл на работу рано, одновременно с Анатолием Фёдоровичем. Тот посмотрел на меня как-то странно.

— Слушай, Ваня, бессонница тебя до добра не доведёт, — покачал заведующий головой. — Могу сбор трав посоветовать. С ним ты не будешь вскакивать за два часа до будильника, а потом приходить на работу ни свет ни заря.

— Вообще-то, вы тоже очень рано на работу приходите, — сказал я, открывая дверь госпиталя и пропуская его вперёд. — И нет у меня никакой бессонницы, просто переехал поближе, а вышел так же.

— Понятно теперь, живи тогда, — сказал Герасимов, входя в ординаторскую. — А я прихожу так рано, потому что у меня такой интервал рабочего времени в договоре прописан, всё очень просто. Поставь чайник, что ли, чаю попьём.

— Кстати, давно хотел у вас спросить, — сказал я, доливая в чайник воды. — У всех заведующих отделением есть свой кабинет, а у вас нет, почему такая несправедливость?