— Живой? — подскочил к лежавшему на полу солдату.

— Не знаю. Бил сильно.

После беглого осмотра оказалось, что солдат мёртв — с проломленной головой не живут.

— Поднимаем! Тело с собой! — отдал приказ, но послышался голос одного из анторсов, что находился в арьергарде.

— Сзади кто-то приближается!

— К бою! Рассредоточиться! Держаться левой стороны!

Не знаю, есть ли здесь системы визуального контроля, но с телом убитого солдата нам не уйти. Даже если к нам приближается всего-то патруль, то их придётся ликвидировать. Было у меня желание отдать приказ бросить пленных и выдвинуться к пятому РКП, но по опыту прежних боестолкновений, возле него охрана и коридоры прямые, и вдобавок автоматические охранные системы. Это сейчас мы миновали большую часть автоматических систем, но дальше просто так пройти не получится. Вдобавок, лучшего места принять бой не отыскать. Мы находились на «Т»-образном перекрёстке. Направо, как пояснил почивший солдат — медблок и оттуда вряд ли придёт помощь, а налево — сектор, где находится пятый РКП. И коридор дальше прямой, без блокирующих переборок — успел осмотреться, но в нишах виднелись автоматические охранные системы, а то расстояние, что прошли — коридор тридцать метров назад прямой и только потом начинается закругление и здесь, именно эти тридцать простреливаемых метров, обороняющейся стороне дают преимущество, главное дождаться, пока в поле зрения втянутся все противники.

— Без приказа огонь не открывать! — отдал приказ, протискиваясь к краю стены, но меня кто-то настойчиво потянул за руку. Обернулся, пропуская вперёд пару солдат, которые тут же: один принял изготовку для открытия огня с колена, а второй занял позицию над ним, но оружие в просматриваемый коридор они не высовывали, выжидали.

«Анторсы», — мелькнула мысль.

— Командир-хоск… — обернулся. Медленно, глядя мне прямо в глаза, начал ашш Сошша Хааш, но я его прервал.

— Я тебя понял, не сейчас, — произнёс, уступая пространство для манёвра солдатам. «Опять взваливаю на себя всё что только можно и нельзя», — чертыхнулся про себя.

В ответ генерал-командор удовлетворённо кивнул.

— Противник в поле зрения! Вооружённая колонна, — произнесли на анторском, — три… пять… девять…

Я сначала не понял, что за отсчёт ведёт тот, что выглядывает снизу, но потом до меня дошло.

— К бою! Как только расстояние будет менее трёх метров, шестеро вперёд и по уровням открыть огонь! — не думаю, что мой приказ поняли однозначно, но времени объяснять, что требуется отсутствовало. Второй анторс, что стоял сверху, на пальцах давал отсчёт: пять, четыре, три… и по сигналу сжатой ладони начали действовать. Первыми огонь открыли те, кто стоял за углом, а через несколько мгновений, что понадобилось выйти из-за укрытия поворота и остальные солдаты. Сменив позицию, они вышли на открытое пространство и открыли огонь. Я вперёд не лез. Но с замиранием сердца смотрел, как, то один солдат падает, получивший смертельное ранение в грудь, то второй уткнулся лицом в пол, получив заряд в живот. Хотел отдать приказ: «В укрытие!», но не успел. Стрельба прекратилась, а по ушам ударил сигнал тревоги.

Выглянул из-за укрытия. Широкий коридор, а на полу десятки трупов. Тела лежали друг на друге. И это были солдаты, и хорошие солдаты, что в экстренной ситуации, казалось, находясь в безопасном месте, успели среагировать и открыть ответный огонь.

— Они шли двумя пятёрками. Одна впереди, вторая чуть позади, и те успели среагировать. Хорошо, что открыли огонь, когда все втянулись в коридор, — доложился Уолес.

— Двое вперёд, контроль! Если кто приближается, сразу назад и соберите коммуникаторы, хотя бы у офицеров.

На уровне объявили боевую тревогу, и я с каждой секундой ожидал, что нами скоро займутся. Я планировал идти на прорыв к пятому РКП, благо до него осталось всего-то чуть-чуть, но стоило одному из бойцов выглянуть в коридор, ведущий напрямую к намеченной цели, как активированные автоматические охранные системы дали о себе знать. Вдобавок, как по мне, всего-то десять солдат на усиление мало походит. В тот раз, когда уходили из блокированного сектора для усиления, как понял, прислали полроты с тяжёлым вооружением, а одно отделение… Хотя, кто разберёт особенности структуры войск на станции. То контрабордажники нам попадаются, то рота охраны и сопровождения, то…

Не успел додумать, как ко мне обратились: «Коммуникаторы собраны, командир. Этот одного из командиров. Но со стороны холла слышны звуки. Кто-то приближается».

— Я тебя понял. Где генерал-командор? — за суетой не заметил, куда делся ашш Сошша Хааш. Он, оказывается, в сопровождении пары солдат возвращался с противоположной стороны коридора, где находилась медчасть.

— Командир-хоск, там зачистили, — ашш Сошша Хааш кивнул за спину, обозначая направление и продолжил, — там находилось пятеро солдат с оружием.

Спрашивать, что сделали с медработниками и находившимися на излечении не стал — это война и нельзя оставлять вооружённого врага за спиной.

— Пятеро остаются здесь прикрывать, остальные к РКП. Только осторожнее, впереди… — не успел отдать команду, как из коридора где располагался РКП послышались звуки. И это был не топот множества ног, а гул работающего двигателя. В сердцах выругался. Сейчас нас зажмут с двух сторон и боевыми роботами расщепят на атомы. — К бою! Огонь не открывать!

За короткий срок, всего-то несколько минут боестолкновения безвозвратно потеряны двое, и оба землянина. По сравнению с анторсами подготовка у землян хромает, в добавок тяготы перенесённого плена, но теперь нас осталось всего-то восемнадцать, и я подспудно понимал, что силы у каждого на исходе.

Первыми по нам открыла огонь группа, что двигалась со стороны холла с флиптами. Хорошо хоть успели спрятаться за стенами, ставшими укрытием и рассредоточиться справа и слева от коридора. Я с основной группой оказался со стороны, где РКП, а ашш Сошша Хааш с пятью бойцами с другой, где медчасть. Туда успели оттащить и тела наших убитых и пленного. Техник-смотритель сопротивлялся, пытался бежать, но рассусоливать с ним не стали, и он нашёл свой заряд в спину.