Эсперо перевёл взгляд на Розу, и пульс его участился. Девушка была красива — всё те же светлые кудри, но черты лица более точёные, чем в далёкой юности на Меркурии. Держалась она почти нейтрально, лишь с лёгким оттенком вызова в выражении глаз и губ. «Интересно, как Ставич поработал с памятью этого клона? Спокойно. Это не та Роза, которую убил нановирус. И не та, которая погибла на Тилии от рук Чанды. Это реплика. Красивая, лояльная девушка, но и всё».

Эсперо овладел собой, пульс замедлился. Идея Ставича воссоздать на «Горизонте» экипаж «Стрелы» определённо его коробила.

— Какие будут распоряжения? — поинтересовался Дхами Наир.

— Пусть проложат курс к Меркурию. Нужно кое-что поискать на местности. Потом отправимся на Сирму-Нова.

— А Марс? Разве его защита — не наша задача?

— Нет, лейтенант. Кроме того, оккупация Марсу не грозит.

— Вы так думаете, команданто?

— Это очевидно. Криттерам нужно сломить сопротивление Земного Альянса. Им не нужна второстепенная планета; они не нуждаются в условиях, близких к земным. Не строят дома, не едят органику. Акция на Марсе была устрашением. Нас проучили. Ну что ж… примем это к сведению. Эвакуацией живых займётся официальный флот. Цель «Горизонта» — спецоперация.

— Вас понял.

— Тогда выполняй. Включи меня в расписание вахт. Составь полный и точный список вакансий на корабле. И ещё — передай лейтенанту Яну Суньлину: я жду его у себя в каюте. Если он занят на вахте — найди ему замену.

— Есть, капитан.

…Отдав распоряжения, Кай отыскал собственную каюту. Дверь считала биометрию и бесшумно ушла в стену, открыв внутреннее пространство — аскетичное и обезличенное. Привинченная к палубе кровать, стол, кресла, вмонтированные в переборку шкафы. От прочих каюта капитана отличалась только размерами. Панорамный иллюминатор (точнее, его голографическая имитация) показывал реальную картину ближнего к Земле космоса — кусок Млечного Пути и юркие искры чужих челноков. Вскрыв пакет, Эсперо вытащил листок бумаги, дочитал напечатанный на нём текст до конца, коротко хмыкнул и задумался, следя за суетливым движением малых судов.

«Итак, моя задача — спасение лидера Сирмы-Нова, Ксантэ Ке-Орна. Его я немного знаю, и этот чёртов сирмиец по земным меркам живёт очень долго. Он очень упрям и, наверное, с возрастом стал ещё упрямее. Судя по информации из досье, он в ссоре с той частью собственного клана, которая не поддержала их Республику. Ке-Орн был женат на земной женщине, теперь он вдовец, его дочь — офицер республиканского флота. Кто способен желать ему смерти? Да хоть кто. Криттеры — по понятным причинам. Его политические противники, сторонники сирмийской Империи. Кто-то из его собственных людей, например, недовольный потерями или принятыми решениями. Дело осложняется тем, что на хвосте у меня — фонд Шеффера, который в своих поисках бессмертия никак не успокоится. И, наконец, то самое, что Ставич доверил только бумаге…»

Ян Суньлин явился через десять минут. Такой же супервиро, как и прочие братья; в своей оригинальной версии он отличался приветливой сдержанностью, однако близким другом Кая не был.

— По вашему приказанию прибыл, — доложил Ян.

— Сядь в кресло. И давай сегодня без формальностей. Что будешь пить?

— Если можно — рисовое вино.

— Вон там синтезатор. Сделай себе порцию. Мне — вторую. Садись. Рассказывай. Как тебе «Горизонт»?

— Очень хорош с технической точки зрения. Девяносто процентов кораблей мы обгоним на субсветовой.

— Рад слышать. А как люди? Ты уже нашёл себе друзей?

— Ну… — Ян слегка замешкался с ответом. — Чисто формально мы все давно знакомы, капитан. Но, к сожалению, я мало что помню. Только наше восстание на Меркурии. Говорят, Альянс признал нашу правоту и принял наших клонов на службу. Точнее, нас самих. Ну, в общем-то, мы и есть клоны. Все, кроме вас.

— Всё верно. А теперь прямой и честный вопрос — ты понимаешь, почему умер в прошлой жизни?

— Нас заразили особым вирусом.

— Знаешь, кто вас убил?

— Нет. Наверное, это засекречено. Все мои знания — от инструкторов «Кси».

— Понятно. Тебе, Ян, пора узнать правду. В экипаже «Стрелы» расправился фонд Шеффера. Те самые люди, с которыми мы дрались на Меркурии.

— Что ж, это логично, — кивнул Ян Суньлин. — Как этот факт повлияет на выполнение задания?

— Сам по себе — никак. Прошло слишком много времени. Месть смысла не имеет. Однако, по новой информации, у нас на борту «крот». Работает этот человек на тот же самый фонд Шеффера.

При этих словах скулы Яна напряглись, узкие глаза ещё сильнее сузились.

— Кто он?

— Не знаю, — вздохнул Эсперо и отпил из бокала странную, порождённую синтезатором жидкость. — Уверен только, что не ты, — добавил он.

— Спасибо за доверие, команданто.

— Моё доверие зиждется на логике. По сведениям, полученным от «Кси», крот — не азиат, так что ты, Ян, вне подозрений.

— Он мужчина?

— Да.

— У него могут быть сообщники?

— Прямые — нет, однако может быть любовница, даже жена, которая ему слепо доверяет. Из-за этого простого факта все женщины на борту сейчас ненадёжны.