Я киваю:

— Хорошо. Тогда помоги Воронову адаптировать его быстрее.

— Так точно, шеф.

Что ж, люблю, когда легаты сами проявляют активность. Тогда мне приходится меньше задействовать их дары лично, и есть возможность спокойно делегировать задачи.

— Легат, а у тебя как дела?

— С чем, шеф? — строит Воронов из себя дурачка.

— А ты не знаешь? — хмыкаю. — Я сейчас о техниках Лорда Тени.

— Ох, не напоминай, шеф, — вздыхает Воронов. — Делаю, что могу.

— Тяжело в учении, легко в бою, — читаю прописную истину. — Но, конечно, нужна мотивация посущественнее. Когда-нибудь ты станешь моим легатом — тех легионеров, что начнут вторую жизнь в реальности. И чем сильнее ты будешь, тем круче будет твоя вторая жизнь.

Воронов отводит взгляд как-то виновато:

— Шеф, я тебя не пойму. Я пытался убить тебя и твою семью. Ты правда дашь мне полноценную вторую жизнь?

Я пожимаю плечами.

— Я не забуду, что ты пытался уничтожить моих родственников. Но мне важнее будущее рода, чем ковыряния в старых обидах. Ты в любом случае не сможешь навредить ни одному из Вещих-Филиновых — по щелчку пальцев я могу просто стереть тебя. Но ты здесь, чтобы заслужить второй шанс. Он у тебя будет.

Никакой милости. Второй шанс — это не амнистия, а контракт, где каждый шаг фиксируется.

Воронов вдруг хлюпает носом:

— Эх, шеф, ты так сказал… я аж растрогался.

— Легат, возьми себя в руки, — говорю я, слегка офигев от его приступа сентиментальности. И это бывший головорез? Нет, я, конечно, рассчитывал, что Легион меняет людей, но куда-то не в ту сторону понесло моего сурового легата. Впрочем, зачислим это в пункты человечности. — Ладно, приходи в себя и возвращайся с Винтом за новобранца, — киваю на отдыхающего Лорда Стали.

Сейчас ему достанется по первое число, ну а я возвращаюсь в Багровый дворец и поднявшись с постели иду завтракать.

В компании жен спокойно доедаю омлет да бутерброд с ветчиной, когда просыпается связь-артефакт. На другом конце никто иной как Масаса.

— Леди, как поживаете? — интересуюсь без всякого признака раздражения и тем паче злости.

Голос магини чуть подрагивает, она явно нервничает:

— Конунг Данила, я рада, что вы живы. Хоть вы, наверняка, мне и не поверите…

Я отвечаю с удивлением:

— Откуда такие мысли? Почему это я должен не верить вашим словам, леди?

Она замолкает словно растерянная а потом вдруг говорит:

— Спасибо, конунг Данила, — причем благодарит искренне. — Несмотря на наш конфликт, вы продолжаете верить в мою честность. Это дорого для меня.

— Просто я был свидетелем ваших достойных поступков, — спокойно обосновываю свою позицию.

— Вы добились своего, конунг. Багровые Земли не развалились и вы регент, — говорит Масаса. — Что вы будете делать дальше?

— Вы ведь сейчас звоните не от имени Организации?

Короткая пауза, потом признание:

— Нет… Вы меня не сдадите Председателю? — Масаса словно бы затаила дыхание

Я опускаю взгляд на тарелку, двигаю вилкой остатки завтрака и спокойно говорю:

— А какой в этом смысл? У вас там в секте дофига же народу. Если я сдам вас, другие продолжат дело, да еще придут ко мне мстить. Вряд ли даже сам Хоттабыч сможет достать всех. Я предпочту заключить с вами пакт о ненападении.

Она тихо, почти неслышно отвечает:

— Наша цель не может измениться. Мы добьемся гибели Багрового Властелина.

Я киваю:

— Мне всё равно на Багрового Властелина. Он — большой мальчик, сам о себе позаботиться. Главное — не трогайте меня и мой род.

В ответ она шепчет:

— Вы теперь регент Багровых Земель, а наш план предполагал их падение.

Я холодно отрезаю:

— Тогда вы придумаете другой план. Иначе… — намеренно не продолжаю, а говорю предупреждающим тоном, — Леди Масаса, думаю, вы сами понимаете, что лучше обойтись без крайностей. Вы и так выбрали себе сильнейшего врага из всех возможных. Багрового Властелина хватит вам с лихвой, не нужно еще добавлять в список меня.

Я не жду ответа и вешаю трубку. Да и о чем говорить? Все равно леди сейчас не даст ответа. Пускай размышляет, позже состыкуемся.

Светка сразу фыркает:

— Эх, я бы ей все шоколадные кудри повыдергивала.

Камила бросает на блондинку снисходительный взгляд:

— Потому ты и полевой боец, Светик.

— Да я не про большую политику, — отмахивается бывшая Соколова. — Но меня всё устраивает. Мне достаточно бить фрагов.

Маша сидит молча, но потом тихо, чуть неуверенно произносит: