Он посмотрел на воду. Шхуна круто качалась в каждой впадине, обнажая медные обшивки и осколочные пробоины от снарядов, попавших в корпус. Другие снаряды снесли большую часть рангоута и такелажа. «Лунный камень», должно быть, был быстрым парусником, как и большинство её собратьев. Тогда почему же она не расправила паруса и не ушла?

Он сказал: «При первых признаках неприятностей Марк...»

Винсент посмотрел на него и медленно кивнул. «Знаю, сэр. Одна рука за короля».

У водопадов уже были люди, и шлюпка уже находилась на уровне палубы, когда Винсент повернулся и сказал: «Я беру Нейпира», а затем спустился вниз по квартеру, когда раздался приказ спускать шлюпку.

Гичка отклонилась, и Адам услышал, как Джаго приказал носовому матросу отдать шлюпку.

Сначала неуверенно, но всё сильнее, когда гребцы откинулись на жерди, гичка уже шла к «Лунному камню» и вскоре скрылась из виду, когда Джаго обогнул корму «Онварда », чтобы воспользоваться её подветренной стороной. Но Адам успел заметить Винсента, полустоявшего на корме, и белые мичманские нашивки на банке под ним. Дэвид Нейпир уже доказал свою ценность и храбрость и поплатился за это. Но было ли это единственной причиной выбора Винсента?

Лейтенант Сквайр присоединился к Адаму у компасного ящика и спросил: «Сколько времени, сэр?»

«Мы сейчас же зарифим топ-лс». Он снова посмотрел на кренящуюся шхуну. «Через час. Не дольше». Он увидел облака, теперь ближе. «Передай боцману, чтобы подтянул ялик к борту и вычерпал воду».

Сквайр прикоснулся к шляпе и тяжело зашагал прочь.

В лодке Винсент протянул руку и схватил Нейпира за плечо, чтобы удержать равновесие, когда румпель наклонился для последнего захода на посадку, и почувствовал, как тот напрягся, словно ожидая удара. Или вызова.

Лучники были готовы с двумя кошками на случай, если одна из них окажется не на высоте.

«Откат, правый борт», — раздался голос Джаго, когда гичка приблизилась к корпусу шхуны, и с кормы вылетел еще один крюк.

Винсент брал на абордаж немало кораблей, выполняя те или иные задания, особенно в первые дни перед битвой при Лиссе. Но приказы отдавал кто-то другой. Теперь, когда борт «Лунного камня » возвышался над ним, мелкие детали бросались в глаза. Его орудийные порты были закрыты и заново покрашены. Карронады, восемь или десять штук, которых было достаточно, чтобы отпугнуть другие небольшие суда или потенциальных абордажников, не имели опознавательных знаков, что странно контрастировало с обстрелом с противоположного борта, который, должно быть, снёс мачты.

И вот тишина. Лишь изредка скрипели корпуса и хлюпал поток воды между ними. Он даже слышал тяжёлое дыхание гребцов, отплывших от «Онварда ».

Джаго громко сказал: «Готовлюсь, сэр».

Винсент посмотрел на фальшборт и захотел облизнуть губы; они были словно в песке. Но он протянул руку, схватил горсть сломанных снастей, висевших над запечатанными иллюминаторами, и крикнул: «Приготовьтесь!» Все знали, что делать. Если же нет … Он почувствовал, как колено заскрежетало обо что-то металлическое, а ветер обдул лицо, и он оказался на палубе другого судна. За считанные секунды абордажная группа рассредоточилась по обе стороны от него, вперёд и назад, но казалось, что прошла целая вечность, пока он стоял здесь один.

И «Вперёд» снова показался в поле зрения, неподвижно парящий над собственным отражением. Винсент осмотрел орудия шхуны: все были закреплены для выхода в море. Даже единственное вертлюжное орудие, установленное у штурвала, было всё ещё закрыто, а рундук для флагов был аккуратно набит флагами.

Кто-то сказал: «Должно быть, они застали их врасплох».

Нейпир пересёк палубу, держа в руке длинную щепку. «Кровь, сэр».

Винсент взял его у него. «Это кровь, точно. И, должно быть, её было много».

Джаго стоял на коленях у разбитого фальшборта. «Выстрелили с лодки, стоявшей рядом». Он нахмурился, когда брошенный штурвал слегка дёрнулся, словно под невидимыми руками, и указал на палубу. «Или отсюда, когда этот ублюдок ступил на борт».

Винсент присоединился к нему, затем протянул руку и коснулся жилистой руки Джаго. «Логично… Хорошо сказано, Коксан. Никаких сигналов, никаких попыток атаковать или отразить абордаж».

Джаго всё ещё смотрел на руку Винсента на своём рукаве. «Значит, они, должно быть, были знакомы». Он нахмурился. «Они были друзьями!»

Нейпир оглянулся на «Вперёд» . Корабль слегка повернулся, паруса его развевались. Нейпир видел позолоченную носовую фигуру мальчика с трезубцем и дельфином. Там он сидел и болтал с мичманом Хаксли, который присоединился к нему и разделил с ним столько радости и боли.

«Мы вернемся к «Вперед» , сэр?»

Винсент тоже смотрел в сторону фрегата. «Мы проведём поиск, как и было приказано. Но мне не нравится вид этих облаков». Он резко добавил: «Мы не можем взять «Лунный камень» на буксир. Он всё равно тонет, или скоро пойдёт ко дну, если налетит шквал».