Шармбатон встретил Охотников гулом и непривычной суетой. Большая толпа обнаружилась перед входом в обеденный зал, заняв практически все далеко не маленькое помещение этого своеобразного зала. Студенты всех трех школ делали первые, пока еще робкие попытки познакомиться, а чемпионы собрали вокруг себя небольшой кружок почитателей.

Северуса нигде не было видно, но братья не слишком об этом задумывались, пытаясь не упустить из вида Лили. Она улыбалась, и хоть и выглядела немного более бледной, чем обычно, прекрасно справлялась с ролью восходящей звезды.

— Не думаю, что она откажется от всего этого добровольно, — немного сварливо проговорил Дин.

Винчестеров студенты обходили по широкой дуге: учащиеся Шармбатона и Дурмстранга — потому что не знали, что от них можно ожидать, а студенты Хогвартса — из-за того, что вид Дина был им непривычен.

Внезапно Лили подняла руку и вытерла со лба выступивший пот. Она побледнела еще больше и принялась обмахиваться ладонью. Даже на расстоянии было заметно, что ей нехорошо. Оттолкнув стоящего у нее на пути парня в кроваво-красной мантии, она побежала к лестнице, ведущей из зала наверх, где располагались помещения, выделенные для студентов из Хогвартса.

— Так, похоже, начинается, — Дин подобрался и начал оглядывать толпу, разыскивая Альбуса Дамблдора.

Директор Хогвартса появился через пятнадцать минут и направился прямо к Винчестерам.

— Доброе утро, мальчики, — он пожал братьям руки. — Случилось нечто непредвиденное — Лили Эванс заболела, и целители пока не могут разобраться, в чем причина ее недомогания.

— А в чем проявляется ее болезнь? — Сэм старался выглядеть безразличным, и это у него с трудом, но получилось.

— Лили рвет, и на лице появились странные зеленые пятна.

— Очешуеть, — пробормотал Дин. — А она не заразная?

— Мы не знаем, Дин, — Альбус протер очки. — Пока целители выясняют, что с ней, очевидно, что Лили не может принять участие в Турнире.

— Полагаю, что вы не слишком разочарованы, — хмыкнул Дин.

— Я был бы лицемером, если бы утверждал обратное. Но Хогвартсу нужен участник, поэтому Кубок снова будет активирован, сроком на один час. Я сейчас сделаю объявление.

И Альбус направился к входу в обеденный зал, поднимая руки вверх и призывая всех присутствующих к вниманию.

— Сейчас начнется? — к Винчестерам подошел Северус.

— Чем ты ее? — тихо спросил сына Дин.

— То зелье, которое мы с Менди и Дорой разрабатывали, чтобы последствия бомбарды Долохова на крыльце Пруэттов убрать. Помните, у него был забавный побочный эффект.

— Я не помню, чтобы девчонок наизнанку выворачивало, — заметил Сэм.

— А, это... Всего лишь рвотный корень.

— И как ты умудрился скормить или выпоить ей все это? — продолжал шепотом расспрашивать Дин.

— А кто сказал, что я ей что-то скормил? — Сев нахмурился, слушая речь Альбуса. — Чтобы зелье попало в кровь, можно нанести его на кожу. Совсем чуть-чуть. И это можно сделать совершенно незаметно, особенно когда вокруг такая толпа. У нее к вечеру все пройдет, и если бы организаторы Турнира не были так сильно ограничены сроками, то у меня ничего бы не получилось.

— Ты не передумал кидать свое имя? — Дин с ненавистью посмотрел на призрачный огонь, заполыхавший над Кубком.

— Нет. Я не хочу больше случайностей. А вдруг Кубок выберет, например... — Сев запнулся, но потом продолжил, — например, МакДональд?

— МакДональд? — Дин прищурился. — Это такая маленькая шатенка с глазами олененка? Мэри, если не ошибаюсь.

— Не ошибаешься, — Северус принялся разглядывать свои ладони. — Я никогда не думал, что... Я пойду, брошу свиток с именем, ладно? Вон, смотри, и старшекурсники решились все-таки участвовать, но я тоже брошу, чтобы наверняка лишить ее шансов. Я все-таки сильнее своих ровесников, — он вздохнул и направился к Кубку.

Дин проследил, как Северус подходит к столу и просит Ремуса дать ему пергамент и перо. Оборотень удивленно посмотрел на приятеля, но передал ему требуемое.

После того как свиток исчез в Кубке, Северус подошел к родным и привалился спиной к груди дяди. За последнее время он заметно вытянулся, и мог сейчас проделать такой маневр только с высоченным Сэмом.

— Почему ты решил, что Мэри вообще будет свое имя бросать? — спросил тихо Дин.

— Гриффиндор, ты что, забыл? — Винчестеры замолчали. Дин нашел руку сына и сжал ее в своей руке. Северус вздохнул и закрыл глаза.

Час пролетел незаметно. Гул голосов усилился, когда к столу снова вышел Альбус Дамблдор.

— Ну что же, друзья, у Кубка на этот раз было не слишком много времени, чтобы принять решение, но думаю, что он справился, — из призрачного огня вылетел пергамент, и Дамблдор ловко перехватил ее. — Итак, чемпион Хогвартса — Северус Снейп-Винчестер!

— Я так и знал, — процедил Дин. — Не нужно было тебя тренировать, и книги по магии, которые не входили в школьную программу, отобрать надо было.