— Александр, позвольте мне самому его встретить… — сказал егерь. — Начинайте программу, как и планировалось по сценарию.

— Хорошо. Но не переусердствуйте с нравоучениями, — напомнил я. — Позже. Когда будет фуршет.

Ну, и программа началась. Известнейшие ведущие и актёры развлекали на центральное сцене. Официанты разносили выпивку и закуски, бароны и баронессы расположились прямо на траве в огромных креслах-мешках.

Сбоку играли в гигантские шахматы, соревновались по стрельбе из лука, а для прекрасных дам Иоланта привезла самых дорогих платьев и открыла на опушке леса бутик, устроив что-то среднее между показом мод и фотосессией.

Собственно, как и Ассамблея Герберы, сборище бомонда планеты Орхидея становилось всё более похожим на загородный выездной корпоратив какой-нибудь айти-компании времён Пантеона. Только вот по сравнению с Герберой людей было сильно побольше, а люди — побогаче.

Дальше был перекус перед охотой. Я раздал парочку коротких интервью, пообщался со случайными людьми.

Лично меня пока никто и не думал представлять, но мои раптусы, как это легко было предугадать, оказались в центре внимания. Люди подходили, спрашивали, интересовались.

Князя всё ещё не было видно. Я уточнил — мне сказали, что так и нужно. Но княжеские дети — сын с дочерью, лет пятнадцати-шестнадцати, вышли в зону фуршета почти перед самым отбытием на этапы. Отбились от назойливого общения, от журналистов. Затем спросили кого-то из дежурившей егерьской службы, те указали на меня, и они, всеё процессией, включая охрану, каких-то фрейлин-служанок, попёрлись в мою сторону.

— Это вы вытащили папеньку из дворца? — без лишних вопросов спросил княжич.

Вид у него был весьма строгий и слегка надменный. Нормальный такой княжич, примерно такими они и должны быть в более-менее серьёзных родах. Я, правда, пока не мог определиться, считать ли род Нероновых серьёзными. Нероновы, как я знал, не то захватили трон Орхидеи, не то вполне честно сместили прошлую правящую династию чуть меньше века назад, как раз после того, как я лёг в стазис.

— Да, есть такое, — кивнул я.

— … «Есть такое, ваше сиятельство»! — вздёрнул княжич нос, поправив меня. — Вы же барон, а значит, не равны мне!

Ох, какие мы серьёзные! Ладно, ладно — на этот раз подыграем.

— Есть такое, ваше сиятельство, — кивнул я, улыбнувшись. — Что ж вы не занимались ранее вытаскиванием вашего отца вместе с вашей очаровательной сестрой?

Княжич поморщился, вероятно, посчитав меня глупым из-за такого вопроса.

— Нам было не до того. Мы были заняты учёбой! — и повёл сестрицу куда-то подальше.

Как много снобизма! Но я разглядел и другое — целеустремлённость. Это хорошо. Часто снобизм таких детишек проистекает просто из-за того, что они выросли в стерильных условиях. Но что у них реально творится в молодой голове — пока ещё толком не известо. Возможно, парень ещё на что-то сгодится.

А потом прозвучал гонг. Гости расселись по охотничьим глайдерам, распредлились по загонным группам, вывели из клеток гончих. Охота, как и в старину, производилась вместе с гончими псами, только псы тут, как и легко было предположить — были особенные. Высокие, длинноногие, как привычные мне по Пантеону псы, но чешуйчатые и переливчатые, с зазубренными зубами.

К каждой группе приставили старшего из егерьской службы — выжлятника. А я, как доезжачий, был среди них главный, и был обязан следить за всеми охотничьими командами.

Вызывало уважение то, насколько глубоко они погрузились в дебри охотничьих традиций. Словечек-то ещё каких откопали! За жизнь в Патеоне я с этим всем так и не познакомился, эпоха была несколько другая.

— Езжайте с нами, — предложила княжна. — Нам будет интересно посмотреть, каковы раптусы в охоте.

Ну, я и поехал. Всё равно князь, как я уже знал, в нашей группе уже не появится. По крайней мере, в начале маршрута.

Раптусы следовали за нами — в основном, они отвлекались, когда ловили какую-нибудь мелочь вроде ящериц и сухопутных кальмаров, но и пару флишей в полёте им поймать тоже удалось — даром, что раптусы нелетающие.

— Не злоупотребляйте, — погрозил я им пальцем. — А то будет потом у вас несварение из-за несовместимой фауны.

Княжну это почему-то рассмешило. Ну, она была помоложе княжича, и ещё не потеряла некоторую детскую непосредственность.

— Чем вы их кормите, барон? — осведомился княжич. — Такое чувство, что они у вас голодают.

— О, да. Однажды я чуть не скормил им служанок эрцгерцогини Иоланты.

Мне поступил сигнал от выжлятника соседней команды, и я откланялся — нужно было проверить, не пойман ли след. Мой глайдербайк двигался быстрее остальных, я пересекал опушки и поросшие странными хвощами и папоротниками луга.

Спустя три километра мы пришли в засаду соседней команды. Сперва я не понял, что происходит — трое егерьских сотрудников встали в кустах поодаль, впустив меня, а затем я услышал голос сзади: