Когда мужская ладонь достигает бедра невольно дергаюсь.

— Я ничего не вижу, — тихо, словно ласкает, шепчет Дмитрий. — Попытайся расслабиться. Помоги мне понять, с чем я имею дело.

Киваю, хоть и не до конца понимаю, что он имеет в виду.

— Здесь чувствительно? — он продолжает гладить по бедру.

— Да.

— Здесь? — рука смещается на заднюю поверхность, и ладонь скользит вплоть до ягодиц.

— Да… — от собственного частого дыхания перед глазами начинают мелькать черные звезды.

— Я не уточнил это при прошлом нашем разговоре… Тебя никто нигде не касался?

Отрицательно мотаю головой.

— Нет. Только ты, — шепчу сдавленно.

В синих глазах напротив мелькает что-то темное. Словно тень из самого ада.

Дмитрий облизывает нижнюю губу и ведет ладонью к внутренней поверхности бедра.

— Не буду скрывать, это мне льстит.

Мои ноги плотно сжаты. И он чувствует это, натыкаясь пальцами на преграду.

— Раздвинь бедра, — его голос стал ниже, с легкой хрипотцой.

Делаю так, как он говорит.

Уже в следующую секунду чувствую между ног жар. И мягкие круговые прикосновения, пока он не достигает развилки бедер и резко ныряет ниже.

— Здесь? — Дмитрий проводит по влажным не от воды складкам. Вверх-вниз. Мои пальцы сжимают бортик ванны, чуть выгибаюсь в спине, когда он находит большим пальцем клитор и нажимает на него.

— Ох, да, — отвечаю со стоном на губах.

Внезапно приятное давление прекратилось.

Дмитрий достал руку из воды. Влажные пальцы коснулись моей шеи прямо в точке пульса.

— Чувствительна, — отвечает он за меня, видя на тонкой коже проступившие мурашки. Потемневший от этих изучений взгляд опускается вниз. — Грудь?

Распахиваю глаза, только сейчас поняв, что приподнялась из воды, а остатки пены плавали лишь у ног.

Пытаюсь прикрыться, но Дмитрий останавливает меня.

— У тебя красивая грудь, — он провел по ключице вниз и вновь погрузился пальцами в воду, коснувшись возбужденного соска. — Розовые, твердые, — пальцем обводит вершинку по кругу, а затем намеренно задевает ногтем. Дергаюсь, как от тока, и с шумом выдыхаю. — Чиста. Невинна. Чем же я заслужил тебя?

Не дожидаясь моего ответа, Дмитрий встает, берет полотенце и вытирает насухо руку.

— Как закончишь, спускайся вниз. У нас гости.

Бросив на меня последний взгляд, выходит из ванной комнаты.

Медленно поворачиваю дверную ручку и выглядываю из полуоткрытой двери ванной комнаты.

Никого.

Но кто-то явно был в моей спальне. Иначе как объяснить появление черного комбинезона из легкой струящейся ткани, с открытыми плечами и голой спиной на кровати. Рядом стояла коробка, в которой лежали черные лодочки с золотой шпилькой. Лиф отсутствовал, а маленький черный треугольник с тремя тоненькими веревочками, которые называют стринги, замечаю далеко не сразу.

Образ изящный. Утонченный. Но… Даже в выборе наряда для вечера мне не предоставили голоса.

Неужели теперь я вообще ничего не решаю? И каждой мой шаг будет предопределен?

Ведь я для них словно кукла. Игрушка.

Чувствую дрожь в коленях, пока спускаюсь по винтовой лестнице вниз.

На первом этаже приятный полумрак. Теплый свет от огня в камине красиво скользит по стенам и играет на лицах тех самых гостей, о которых говорил Дмитрий.

Каждый последующий шаг по лестнице вниз встречает меня с неким сопротивлением. Медлю. Откровенно торможу, когда мужские взгляды ловят меня в свою ловушку. Они не просто разглядывают меня, как красивую куклу, а изучают и планируют, что будут со мной делать.

На коже проступают мурашки.

— Иди к нам, малышка, — Арс ухмыляется и расслабленно откидывается на спинку кресла, — не стесняйся.

Кирилл и Дмитрий сидят на диванах. У каждого стакан с алкоголем в руке. На столике рядом три начатые бутылки с различным крепким алкоголем, ароматы которого ударили в нос, стоило только спуститься с лестницы.

Делаю нерешительные шаги. Глаза бегают по уже знакомым лицам. Теряюсь и из последних сил сдерживаю себя, чтобы быстро не развернуться на шпильках и умчаться обратно в свою спальню.

Останавливаю свой выбор и присаживаюсь на край дивана, на котором расположился Дмитрий. И только из-за того, что он, закинув ногу на ногу, сидит на другом конце, а не по середине как Кирилл.

— В номере ты казалась мне более смелой, — подмечает он и делает глоток алкоголя.

Серо-зеленые глаза, что так привлекли мое внимание в прошлую нашу встречу, прикованы ко мне. Как и каждого в этой гостиной. Казалось, мужчины следят за каждым мои действием: как поднимается и опускается грудь при вдохе, как пальцы от нервов поправляют прядь волос, как покусываю губы. Ощущаю себя букашкой под микроскопом.