Так что первый выстрел держим сами. Других вариантов не предвиделось. «Тишина» сработает уже как ответка, выжигая ствол и предотвращая второй, третий и десятый выстрелы. Размен один к одному: я трачу энергию на отражение одной пули, они утрачивают оружие. Выгодно.

Когда я разобрался с этой логикой, работа пошла гладко. Я перестал пытаться изобрести машину времени и сосредоточился на реакции. Алгоритм в целом получался и правда схожим на «Страж» — та же модульная структура, тот же принцип «раздражитель-реакция», только условия срабатывания настроены тоньше, да заклинание другое. Не «защитить периметр», а «атаковать источник возмущения».

Я увлекся. Строчки формул выстраивались в стройную систему, красивую в своей смертоносной эффективности.

Закончить, впрочем, не успел. Сработало напоминание на телефоне.

Половина седьмого. Тренировка.

Опаздывать к Милорадовичу, особенно после того, как я сам напросился на ежедневное избиение, было бы верхом неуважения.

Я сохранил прогресс на кристалл, накинул пальто, вышел и обнулил «Весы» в кабинете и приемной из коридора. Добивать код придется ночью.

В наш «тренировочный зал» на заброшке в промзоне я зашел, как и всегда, с опозданием ровно в одну минуту. В этот раз мы пришли с Баюном — кот, конечно, и сам мог бы до дома добраться, и дверь бы своей магией открыл, но в нынешней ситуации разделяться было глупо.

Что до опоздания — это стало нашей маленькой традицией. Еще перед первой тренировкой князь, желая приучить меня к дисциплине, пообещал: «Опоздаете хоть на минуту — тренировка будет вдвое жестче». Он думал, что пугает меня, а на самом деле замотивировал. Мне нужно было «вдвое жестче». Мне нужно было на пределе.

Милорадович уже ждал, разминая кисти рук. Он был в простой тренировочной одежде, но даже в ней умудрялся выглядеть как аристократ на приеме.

— Хвост? — коротко спросил он вместо приветствия.

— К сожалению, нету, — ответил я, снимая пальто и бросая его на ящик. Баюн тут же занял наблюдательный пост на балке под потолком, помогая левитацией своему прыжку. — Если б они на нас обоих напали — знатно упростили бы задачу. Но с вами связываться почему-то не хотят.

— Возможно, боятся мести дома Милорадовичей, — предположил князь, проверяя щит. — Родовая вендетта — штука неприятная, даже для таких вот «призраков». Хотя, скорее всего, просто готовятся.

— Может, и так, — я начал разминку. — А может, думали снести меня по-быстрому, а потом за вас приняться. Сунь-цзы, если не ошибаюсь, писал о чем-то таком. В духе «слабого врага убей первым, тем самым сильного оставив без союзника».

— Допускаю, — кивнул Милорадович. — Но наверняка не узнаем, пока не пообщаемся с кем-то из исполнителей. Потому предлагаю приступить к тренировке. Имеете чем порадовать из нового?

— Не имею, — честно признался я. — Завтра, надеюсь, закончу с парой новых алгоритмов, но пока все старое. База.

— Не беда. Отработка базы никогда не теряет в полезности. Начинаем.

Первый раунд прошел как обычно. Я атаковал — «Копье», «Рассечение», попытки зайти с фланга. Князь лениво отбивался, ставил жесткие блоки, иногда швырял в меня учебные атаки, чтобы я не расслаблялся. Ничего особенного. Обычный спарринг учителя и ученика. Я двигался, потел, колдовал, но… Без огонька.

Через десять минут Милорадович резко разорвал дистанцию и опустил руки.

— Стоп.

Я остановился, тяжело дыша.

— Что не так?

Князь посмотрел на меня с нескрываемым разочарованием. Его тон изменился. Исчезла вежливая дистанция, осталось только жесткое требование командира.

— Волконский, ты разве так собираешься биться с теми, кто придет тебя убивать? — спросил он тихо. — Вяло, аккуратно, по учебнику? Если так — я вынужден буду настоять на твоем убежище в нашем имении. Потому что с таким настроем тебя упакуют в пластиковый мешок через первые три секунды боя.

Я вытер пот со лба. Вспомнил позавчерашний вечер. «Уют», битое стекло, хрип Ильи. Ощущение силы, такой, будто я мог бы одной лишь мыслью свернуть горы — или, как минимум, несколько шей, силы, требовавшей немедленного и жестокого применения. Из-за нее у меня после изматывающего щита, остановившего целую автоматную очередь, получилось спалить проводники в нескольких фонарях подряд, хоть я и не в них целился.

Нет. Тех, в машине, я бил бы иначе. Гораздо сильнее.

— Не так, — признал я.

— Так почему не демонстрируешь? — рявкнул князь.

— Ну так то будут они, а тут вы, — резонно возразил я. — Я же не могу просто так взять и захотеть вас убить. Вы мой союзник, наставник, друг в конце концов.

Милорадович покачал головой.

— Так не пойдет. Это ментальный блок, и он тебя погубит. Враг не станет ждать, пока ты взбесишься по воле случая, тебе нужно научиться это контролировать. Разозлись, Волконский. Вложи гнев в свои заклинания, как тогда. Достань это чувство.