Шрифт:
А тевтон выкарабкался из-под подстреленного жеребца и хромал к нему. Не так чтобы совсем хромал на меч опираясь, но ногу левую подволакивал. Быстро перемещаться в пространстве не получалось.
— Кто не спрятался, я не виноват, — нажал на скобу Касьян.
Эпилог второй
— Ваша Светлость! Вон он Минск! — Касьян даже привстал на телеге, чтобы увидеть расположенный на том берегу город. Не ну не село же? Кремлик есть. Детинец. Стена городская. Город!
Князь Остей приподнялся на локте и потом сел, покряхтев и постонав для порядка.
— Холодно…
— А сейчас ещё через реку переберёмся и вы баньку прикажете истопить.
— С раной не след, — хельг тоже сел на телеге, ноги по-татарски под себя поджав. Оба укутались в гюренмантели. По два каждый нацепил. Понятно. Зима. Не, так-то только ноябрь. Но снег, тот первый ещё, как они к селу Ветрино подъезжали не сразу прекратился. Повыпадал чутка. А потом на следующий день ещё усугубил и вот вчерась опять. Не сугробы, но так-то земля снежком покрылась.
— Но! — их проводник, кормилец и поилец Тихон тоже с едущей перед ними телеги город увидел и лошадку поторопил. Так-то время за полдень. А ещё ехать и ехать и в брод речку переходить. Это в ледяной-то воде. Не пойдёт сама лошадка, нужно идти перед ней и тащить за морду. Ей может и потом как с гуся вода, стечёт и вся проблема, а ему потом с сырыми по самое небалуйся штанами до города ехать и ехать.
В принципе, как Касьян и запланировал, так и получилось. Дядьку Савёла, Рыжего Савёла и огромного Карпа они сгрузили в Ветрино на попечение местной целительницы бабки Анфисы. Оставили им по коню каждому и по десятку грошей за каждого. Плюсом князю привели из леса, прятавшегося там от немцев, тиуна и батюшку местного ещё потом для компании. Ну и староста сам пришёл.
— Не выходите ратников, на кол посажу.
— Наа всё вооля боожья, — начал петь поп, но Остей Дмитриевич зыркнул на него почерневшими от болезни глазами, и бог согласился раненым помочь.
А они с нанятым проводником Тихоном в этот же день отбыли. И вот на исходе пятого дня добрались… наконец.
— Чего-то неспокойно мне, — высунув нос из плащей, сообщил Коське и Язепу Остей Дмитриевич.
Конец книги.
Екатеринбург 2026 год.
Продолжение следует.