Если морской звезде оторвать луч, она вырастит себе новый, а из оторванного может развиться еще одно животное

На самопроизвольную фрагментацию решаются только самые смелые из морских кольчатых червей. Больше желающих нет. Но если на тебя напал хищник и откусил какую-нибудь важную часть тела – подойдет и этот способ самовосстановления. В чрезвычайных ситуациях все средства хороши! А такой оригинал, как малярийный плазмодий, размножается методом шизогонии – в его клетке образуется несколько ядер, которые потом распадаются на новые, точно такие же плазмоиды.

Если пресноводную гидру разорвать на двести частей, она восстановится из каждой из них

Все перечисленные альтернативные виды размножения хороши тем, что все без исключения (или за очень малым исключением) особи способны приносить потомство, в то время как у раздельнополых животных давать потомство может только условная половина. Это дает особо изобретательным популяциям фору в скорости завоевания жизненного пространства и способствует быстрому распространению вида.

Что же касается растений, то у них вообще при самооплодотворении (без участия так называемых мужских цветов) вдвое повышается количество производимого потомства! Все потомки без исключения сохраняют свои первоначальные признаки, и виду не грозит растворение среди других. Внешне все выглядит более чем благополучно. Просто, не хлопотно, безопасно, не надо заморачиваться всякими брачными играми, да и результат замечательный. И зачем, спрашивается, в таком случае нам нужны мужчины?

На первый взгляд, все перечисленные в предыдущей главе способы размножения по-настоящему выгодны. Биологи даже предполагают, что и партеногенез, и гермафродитизм – результат эволюционных изменений у отдельных видов, а вовсе не пережиток прошлого. Однако мать-природа почему-то остановилась на рыбах, не пустив любителей размножаться подобным способом выше в эволюционной лестнице. Почему-то до сих пор «успешные» бесполые и гермафродитированные виды так и не смогли вытеснить тех, кто, казалось бы, обречен эволюцией на вымирание. Если среди червей и моллюсков бесполость и гермафродитизм распространен просто в ужасающих масштабах, то среди рыб их уже меньшинство, среди пресмыкающихся – пара-тройка видов, а у птиц и млекопитающих это явление вообще считается патологией и встречается крайне редко. Например, случаев истинного гермафродитизма у людей, официально подтвержденных медиками и описанных в соответствующей литературе, известно всего около полутора сотен. Почему же позвоночным животным и, главным образом, человеку, ни один из продвинутых способов размножения так и не подошел?

Если бы мы размножались почкованием, как гидры, или делением, как амебы, это дало бы нам ряд преимуществ, таких как скорость размножения и количество произведенных на свет потомков. Но! При таком методе воспроизводства мы получали бы всего лишь копии самих себя и не более того. Из поколения в поколение от матери к дочери, от дочери к внучке передавались бы одни и те же черты характера, да и представители одной семьи выглядели бы, как близнецы, только в разном возрасте.

Но не это было бы самым неприятным. Из поколения в поколение мы передавали бы своим потомкам одни и те же наследственные дефекты, ведь гены несут не только положительную, но и отрицательную информацию. Допустим, в каком-то поколении из-за отрицательного влияния окружающей среды появились люди с одной рукой. Если бы они размножались почкованием, то все их потомки тоже были бы однорукими, что существенно сказалось бы на качестве всего человечества.

Точно так же любое из теоретически возможных и практически воплощенных уродств процветало бы пышным цветом, и не было бы никакой возможности избавиться от него. Ведь почковаться не запретишь. Мало того: если бы вдруг у некоей особи А возникла бы какая-то полезная мутация, и у особи Б тоже возникла бы полезная мутация, то у двух положительно прекрасных человеческих экземпляров не было бы никакой возможности объединить эти полезные изменения, даже находись они территориально в шаге друг от друга. Таким образом, эволюция пошла бы хаотично и низкоэффективно. Естественный отбор прекратил бы свое существование, а все изменения происходили бы за счет случайных мутаций, которые бывают не настолько часто, чтобы сыграть хоть какую-то значимую роль.

Разделение на два пола понадобилось для улучшения видов. Ведь природе от биологического вида нужно не только размножение, но еще и совершенствование, стабильное улучшение поголовья и приспособление к постоянно изменяющимся условиям обитания.

Наглядно это можно проследить на примере разведения домашних животных. Иногда селекция в какой-нибудь линии породы, скажем собак, заходит в тупик, потому что все возможности скрещивания имеющихся в распоряжении специалистов пар исчерпаны, они все перероднились.

Инцест – близкородственное скрещивание – довольно успешно применяется в животноводстве и при грамотном подходе дает очень хорошие результаты. Чередуя родственных особей в определенном порядке и с определенной частотой, можно добиться резкого улучшения качества породы. Но когда количество родственников в одной линии становится слишком велико и соблюдать обоснованную безопасную очередность их использования уже невозможно, происходит обратный эффект. При хаотичном инцесте селекционеры получат усиление не столько положительных качеств особей, сколько отрицательных, и дождутся-таки увеличения числа «выродков» и откровенно нежизнеспособных животных.