Annotation
Представленные в сборнике повесть и рассказы Нгуен Туана (родился в 1910 г.) по праву причисляются к лучшим образцам современной вьетнамской прозы. Повесть и рассказы остры и драматичны, персонажи — будь то мздоимцы чиновники или незадачливые мастера газетных сенсаций, модные литераторы и ревнители конфуцианской премудрости, светские дамы или обитатели городского «дна» — выписаны с удивительной психологической достоверностью. Потому-то проза старейшего писателя Вьетнама и сегодня, в стране, обновленной революцией, пользуется неизменной популярностью.
Тени и отзвуки времени
МАСТЕР ЖИВОГО СЛОВА
СУДЬБА НГУЕНА
ДОМ НГУЕНА
ДРУЗЬЯ ПОНЕВОЛЕ
КРАСОТА — ПОНЯТИЕ ОТНОСИТЕЛЬНОЕ
ЧЕРНЫЙ ГАЛСТУК
НА ЧУЖОМ ПИРУ, В ЧУЖОМ ПЛАТЬЕ
НОВЫЙ ГОД — ДОМА
ИГРЫ У ОГНЯ
ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ
РАССКАЗЫ
КИТАЙСКОЕ БЛЮДЦЕ
СЕНСАЦИЯ
ОБЛАВА НА САМОГОНЩИКА
ДАМСКАЯ ХИТРОСТЬ
«ЗАПАД ЕСТЬ ЗАПАД, ВОСТОК ЕСТЬ ВОСТОК…»
ЧАЙНИКИ ИЗ ПОДНЕБЕСНОЙ
НЕПРЕВЗОЙДЕННЫЙ ПАЛАЧ
БЕЗЗУБЫЙ МУДРЕЦ
ИГРА В СТИХИ
СЛАДКИЕ КАМЕШКИ
ЧАЕПИТИЕ В ПОРУ ТУМАНОВ
МЯТЕЖНАЯ ВАТАГА
ХРАМ НА ВЕРШИНЕ ГОРЫ-БАЛДАХИНА
ХАРЧЕВНЯ «СВЕЖЕСТЬ»
РАССКАЗ О «САМОЛЕТНОМ СТОРОЖЕ»
КРУГЛЫЙ СЛАДКИЙ ПИРОГ «ЗЕО»[184]
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
155
156
157
158
159
160
161
162
163
164
165
166
167
168
169
170
171
172
173
174
175
176
177
178
179
180
181
182
183
184
185
186
187
Тени и отзвуки времени
МАСТЕР ЖИВОГО СЛОВА
Чужедальние страны, далекие города! Каждый по-своему запоминает их и «оживляет» потом в воспоминаниях. Слушая рассказы бывалых путешественников, убеждаешься: для одних опорными точками памяти становятся фасады и интерьеры отелей, для других — архитектурный облик улиц и площадей или памятники старины, для третьих — неповторимые черты природы или достоинства местной кухни. Сам я отношусь, пожалуй, к четвертой, так сказать, «физиономической» школе. Лишь стоит мне услыхать знакомые названия, и в памяти тотчас всплывают лица людей, распахнувших передо мной сердца своих городов. Даже в кружках на географической карте — как в модных некогда медальонах — видятся мне портреты далеких друзей…