Ответа не последовало. Максим повернулся к попутчицам, отошедшим на почтительное расстояние. Катя тихо плакала на скамейке, Евгения дрожащими пальцами тыкала в смартфон. Глупая затея. Сотовая связь здесь отсутствовала, парень первым же делом проверил уровень сигнала.

– Надо звонить в полицию!

– А, ну тихо!
– рыкнул Макс.
– Или хочешь привлечь того, кто покрошил этих бедолаг?

– Почему никто не берет трубку?

– Эй!
– парень взял явно выбитую из колеи женщину за руки.
– На меня смотри! Вот так... Жить хочешь!?

– А?

– Жить хочешь?

Морально неустойчивые люди в экстремальной ситуации - всегда большая проблема, никогда не знаешь, как они себя поведут. Максим прекрасно знал: могут сломаться даже зрелые мужики, не говоря о женщинах, не убивавших никого опаснее комара или таракана. Так или иначе, бросать без веских причин представительниц прекрасного пола в беде он не собирался.

– Да... хочу...

– Слушай меня. Делай все в точности, как говорю. Говорю бежать - беги, говорю лежать - лежи. Поняла?

– Да, -слова парня возымели некоторое действие, паника у женщины немного отступила.
– Да, поняла.

– Сотовой связи тут нет, а наверху ни х..я не проекционный экран.

Евгений уставилась наверх, где открывался захватывающий вид на необъятную космическую пустоту и планету Сатурн.

– А что?

– Включи мозг.

– Другая планета?

– Нас занесло очень далеко от дома.

– Ты врешь...

– Выпотрошенные жмуры - тоже вранье? А двери с голографическим управлением?

Евгений ничего не ответила. Максим решил дать ей немного успокоиться и переключил внимание на плачущую девчонку.

– Катя, ты как?

– Мне страшно.

– Мне тоже, но пойми, оставаться здесь опасно... Мы на открытом месте, вокруг творится хер пойми что.

Звук тихо игравшей музыки был прерван нечеловеческим воплем, от которого Максима пробила дрожь. Люди так не кричат. Шестое чувство прямо сигнализировало о приближении смертельной опасности. Сидя в окопах, парень научился не игнорировать чуйку.

На балконе второго этажа он заметил движение. Странно покачивающаяся фигура перемахнула через ограждение и плюхнулась с пятиметровой высоты на гладкий пол, затем подскочила, и быстрыми шагами засеменила к людям.

Увиденное просто не укладывалось в голове. Приближающееся нечто не являлось человеком в полном смысле слова, скорее отвратительной гротескной пародией на него. Часть кожи на теле отсутствовала или висела рванными лохмотьями, из плеч проросли двухсуставчатые конечности с костяными лезвиями, пара редуцированных рук съехала на уровень живота. Деформированный череп покрылся короткими шипами, нижняя челюсть отсутствовала, хотя сохранились остатки прежнего лица. Невидящие глаза превратились в бесполезное бельмо

Окровавленная и изорванная одежда в виде кофты и узких брюк давали понять, что тварь в недавнем прошлом являлась обычной женщиной. Превращенная в ожившего мертвеца она рыскала в поисках новых жертв...

Катя с Женей онемели от ужаса - вполне естественная реакция, даже Максим не сразу нашел в себе силы действовать. Его шокировал не столько факт наличия реальной нежити, сколько осознание того, что он догадывается, КУДА и КОГДА их занесло.

Первым делом Максим бросается к скамейке, берет ее в руки. К счастью конструкция из металла из пластика достаточно легкая, несмотря на габариты. Или тут гравитация слабее?

Тварь с хромающего шага перешла на бег. Парень собрал волю в кулак, бежать нельзя, он не знает этих коридоров, велик риск попасть в тупик или нарваться на новых мертвецов. С одним справиться проще.

В нужный момент скамейка обрушивается на голову чудища, удар отбрасывает изуродованную тушу назад. Оно издало мерзкий булькающий стон. Максим на адреналине бьет снова и снова поваленную на спину уродину, целясь по конечностям. Конечно, расчленить ее нечем, но переломать кости, лишить способности передвигаться попытаться стоит. Мертвец не сдавался, вовсю махал руками-лезвиями, пытался вскочить на ноги.

– На, сука! Получай! Тварь! Мразота!

Занятия с гантелями дома не прошли даром. Парень обладал физическими кондициями выше среднего, за счет этого импровизированное оружие весом в два десятка килограмм не стало неподъемной ношей...

Несмотря на радикальную перестройку опорно-двигательного аппарата, метаболизма, плоть и кости твари оставались такими же хрупкими. Десятки ударов сделали дело.

Полученные переломы, повреждения суставов резко ограничили подвижность мертвеца. Оно дрыгалось, сопело, пыталось подняться, но превратившиеся в обвисшие плети конечности не слушались...