Но вся моя весёлость также улетучилась, когда взглянул на эту троицу через спектральное зрение. Их ауры явно выделялись от обычных человеческих. А вскоре я понял, что они были не просто одарёнными, но ещё и с оракулами. Что навело меня на мысли, не из тех ли клоунов они, с которыми мы пересекались в Токио?

И в принципе дела мне до них не было. Мы всё равно должны были вскоре отсюда свалить, так что я намеревался просто вернуться в купальню. Или как это здесь правильно называется? Вот только заставила меня остановиться картина того, как этот борзый, пройдя чуть дальше, бьёт кулаком под дых подошедшую к нему администраторшу. Ту самую добродушную женщину, которая нас встречала.

И нет, я не из тех сексистов, которые считают, что женщин бить нельзя. Меня бы возмутило ровно также, если бы этот чудак на букву «м» ударил и мужчину. Поэтому сделав ещё глоток из бутылки, я отставил её в сторону, и негромко шлёпая тапочками, проследовал в ту сторону, куда они ушли.

— Вы в порядке? — поинтересовался я у работницы заведения.

— Да-да, господин! Всё хорошо! Прошу, не обращайте внимания! — ответила та, всё ещё пытаясь восстановить дыхание.

— Вы вызовете полицию?

— Нет! Не стоит! Это деловые партнёры хозяина! Пожалуйста, не беспокойтесь.

Я же лишь нахмурился. Знаем мы таких деловых партнёров. В девяностые такие у нас толпами бегали. Вот уж не думал, что нечто подобное возможно в современном мире. Но видимо, приход бездны изменил слишком многое.

Опять же. Лезть в чужие дела мне не хотелось. Но основное сердце уже ускоренно застучало в груди от возмущения. Пройди они просто мимо, я бы плюнул на это дело. Но вид корчащейся от боли женщины в годах заставил мои тапочки прошлёпать вглубь этого заведения, по следам одарённых.

Причём шёл я буквально по запаху. От них исходил всё ещё уловимый запах крови, хотя видимых пятен или царапин на них не было. И этот след привёл меня к двери с виду невзрачного снаружи кабинета.

«Ну, ладно. Здесь подождём», — подумал я, опираясь спиной о стену коридора. Пусть деловые люди сначала обсудят свои дела, а потом уже я с ними поговорю.

И судя по звукам, доносящимся из-за двери, деловые переговоры там зашли куда-то в тупик. Нет, сначала всё вроде было тихо. Но потом я услышал жалобные просьбы о пощаде. Ну а резкий звук ломаемой кости был для меня уже настолько привычен, что я даже не удивился. Затем вновь пошли угрозы, вскоре сменившиеся звуком шагов, направляющихся к двери.

Когда вышеназванная дверь открылась, троица рэкетиров на секунду даже опешила, увидев на пороге меня. Собственно, этим я и поспешил воспользоваться. Первому стоящему передо мной я всадил кулак в грудь и почувствовал, как под ним ломается грудина, а вражеское тело стремительно возвращается обратно в кабинет, снося собою письменный стол.

Второй, стоявший чуть правее, имел магический класс и хотел было что-то в меня кастануть, но я ему не позволил. Сразу после удара в грудь первому из троицы, я шагнул вперёд и вонзил ему в горло [Костяной клинок].

Остался один. Как раз тот самый, что пытался на меня «быковать». Сейчас он вытаращил на меня свои «оевропеенного» размера глаза, не понимая, как вообще заурядный качок способен такое вытворять с одарёнными. [Кольцо сокрытия] я-то не снимал.

Я схватил его одной рукой за грудки, а другой обмакнул два пальца во всё ещё щипающее рубцы лекарство. И тут же тыкнул эти пальцы ему в глазницы.

Азиат схватился за лицо, дико визжа от боли. А я закрыл за собой дверь, осматривая место происшествия.

Один из рэкетира были мертвы. Ну а третьему я сломал ноги и оставил посидеть в углу, подумать о своём поведении и недостатке вежливости с обслуживающим персоналом.

Помимо этой троицы, здесь также присутствовал невысокий лысеющий мужчина в возрасте. Ранее царившая на его лице гримаса боли, с моим появлением сменилась удивлением. А когда он понял, что произошло, я заметил на нём маску отчаяния. И, похоже, вовсе не от ранее сломанной руки, за которую он сейчас держался.

Глядя на побитых рэкетиров, разбросанных по кабинету, он начал причитать что-то вроде: «Что же теперь будет?! Меня же убьют!»

Реакция была ожидаемой. И я даже немного пожалел, что вспылил. Действительно, если эта троица действовала не самостоятельно, а выступала лишь шестёрками у какой-то другой группировки, то сюда придут. А значит, нужно было с этим что-то делать.

— Ладно тебе. Не ной, дядь, — бросил я японцу и вышел по рунической связи на Игоса, — Алё, Игос. Можешь метнуться ко мне?

— А где ты? — спросил порталист.

— Здесь недалеко. Попроси Орифа найти. И возьми с собой Хила.

— Сейчас.