Шрифт:
Медяк в день. Весь его дневной заработок — за право спать на полу в дырявом складе.
Эран — мог отказаться. Мог — убрать Рэта воздушным толчком, заморозить его ребят, уйти. Мог — найти другое место.
Но.
Рэт — знал этот район. Знал людей. Знал правила. Знал, кого бояться и кого — нет. Рэт — был ключом. Не к складу. К городу.
— Медяк, — сказал Эран. — Договорились.
Рэт — моргнул. Он ожидал сопротивления. Или — страха. Получил — спокойное согласие. Это — сбило его с толку. На секунду.
— Ладно, — сказал он. — Ладно.
Он повернулся к своим. Они устроились в дальнем углу — привычно, по-хозяйски. Рэт — сел у стены, вытянув ноги.
Эран — лёг обратно. Закрыл глаза.
Но — не спал. Слушал. Рэт и его ребята — шёпотом, думая, что он не слышит — обсуждали дела. Маршруты. Клиентов. Кто — платит. Кто — должен. Кто — опасен.
Информация. Бесплатная. Бесценная.
Эран — запоминал. Каждое имя. Каждый адрес. Каждую деталь.
Карта города — в голове — обрастала новым слоем. Слоем, которого нет на бумаге. Слоем, который знают только крысы.
Глава 2: Крысиный переулок
Неделя.
За неделю Эран узнал о Кэлдоре больше, чем узнал бы за месяц — потому что слушал. Не спрашивал — слушал. Грузчиков на рынке, торговок у рыбных рядов, пьяных матросов в портовых переулках. И — Рэта. Каждый вечер, каждую ночь. Рэт говорил — не с ним, со своими, — а Эран лежал в углу и впитывал, как когда-то впитывал язык Этэрии в младенчестве.
Кэлдор — город в двадцать тысяч душ. До войны — пятнадцать. Пять тысяч — беженцы, хлынувшие за последние месяцы. Город — пухнул, как тесто, которому не хватает формы. Люди — везде. В домах — по три семьи на комнату. В переулках — палатки, навесы из тряпья, просто тела, лежащие на земле. В порту — лодки, набитые телами, как бочки — селёдкой.
Власть — двойная. Официальная: городской совет, пять человек, во главе — бургомистр Гарвен, торговец тканями, толстый, умный, осторожный. Стража — триста человек, подчиняется совету. Неофициальная: гильдии. Торговая гильдия, Гильдия ремесленников, Гильдия Свободных Магов. И — те, кто ниже, в тени, без вывесок. Банды нижнего города.
Рэт — мелкая рыба. Он сам это знал, хоть и не говорил. Его территория — три квартала в портовом районе. Четверо пацанов, включая его самого. Воруют — мелочь: кошельки на рынке, груз с открытых телег, бельё с верёвок. Продают — скупщику по имени Холм, жирному человеку с потными руками и лавкой «подержанных вещей» у пристани.
Выше Рэта — «Псы». Банда покрупнее: человек двадцать, во главе — Жила, мужик лет тридцати, бывший солдат, выгнанный из стражи за убийство. У Псов — территория побольше: половина нижнего города. Они собирают «дань» — с торговцев, с мелких банд вроде рэтовой, с шлюх, с нищих. Кто не платит — бьют. Кто не платит повторно — калечат.
Рэт — платил. Два медяка в неделю — с каждого. Восемь медяков всего. Много — для четырёх уличных крыс. Но — цена выживания.
Эран — слушал. Карта — росла. Слой за слоем.
На пятый день он изменил маршрут. Обычно он шёл от склада к рынку — прямо, по главной портовой улице. Теперь — петлял. Осознанно. Каждый день — новый путь. Новые переулки. Новые лица. Новые данные.
Он нашёл — границы. Невидимые, но реальные. Вот здесь — территория Псов: на углу стоит парень с обрубленным ухом и смотрит. Вот здесь — территория другой банды, «Рыбаков» — портовые ребята, промышляющие контрабандой: они не лезут в город, город не лезет к причалам. Вот здесь — стража: патруль, двое, ходят каждые два часа, как часы. Вот здесь — ничейная земля: тупик между складами, где даже крысы не живут — слишком близко к городской стоке, воняет так, что глаза режет.
Вот здесь — Гильдия.
Здание — в четыре этажа, каменное, единственное каменное в нижнем городе, если не считать храмов. Вывеска — перо и пламя в серебряном круге. Чистое крыльцо. Фонарь — магический, не масляный, — горит ровным белым светом даже днём. Двое у двери — не стража, маги. Эран чувствовал их фон — ровный, контролируемый, уровень Ученик, может слабый Адепт.
Он прошёл мимо — медленно, с видом глазеющего мальчишки. Посмотрел. Запомнил.
Маги — входили и выходили. Мужчины, женщины, разных возрастов. В чистой одежде — не роскошной, но целой, без заплат. Некоторые — с посохами (старомодно, но внушительно). Некоторые — с сумками, набитыми свитками. Один — вышел с клеткой, в которой сидела ящерица размером с кошку. Ящерица — плевалась искрами.
Другой мир. Параллельный. Здесь, в том же городе, за тем же камнем, — но другой. Мир, в который он мог войти. Мог — но не должен. Пока.
Он ушёл. Вернулся на рынок. Таскал бочки до вечера.
Вечер седьмого дня. Склад. Медяков — ноль. Всё — Рэту. Еда — то, что давал Гарт в обед: миска каши, кусок хлеба. Недостаточно. Тело — росло, требовало калорий. Эфирная система — требовала ещё больше: каналы расширялись, резервуар — восстанавливался после истощения в Тальме, а на всё это нужна была энергия. Физическая. Еда.