На мой крик пока никто не отозвался, да я и не рассчитывал, что Грэм вернется так быстро.

Я бросил взгляд вперед — туда, где начиналась твёрдая земля без этих проклятых разломов, и сердце ухнуло вниз. Между мной и спасительным участком было не меньше дюжины трещин! И из каждой уже показывались бордовые отростки, шарящие по воздуху в поисках добычи. Но там они были совсем небольшие, так что…шанс проскочить до ровной земли есть.

Ящерка на моём плече дрожала всем телом. Маленькие коготки впивались в кожу ржавозуба так крепко, словно от этого зависела её жизнь. Впрочем, так оно и было.

Бросил мимолетный взгляд на нее: она была явно измотана. Эта малышка бежала уже давно, очень давно. И бежала она не со стороны, куда ушел Грэм.

Я оглянулся в сторону кипящих озер, откуда должен был вернуться старик. Воздух там плыл особенно сильно, искажая всё до неузнаваемости. Если там тоже идет бой (вероятность этого есть, и немаленькая), то я его просто не вижу. А если Грэм занят чем-то серьезным, то ему сейчас не до меня. Нужно самому спасать себя. Нечего рассчитывать на других — не всегда будет, кому меня спасти.

Но меня удивляло другое: мы все эти трещины проходили и в них не было ни одной твари. Либо они тут были, но старый охотник пугал их своим присутствием, и они понимали, что он им не по зубам, либо…они приползли по трещинам из другой части Проплешины. Да, впрочем, это сейчас не важно.

Стараясь не уронить корзину с Седым, я отпрыгнул в сторону. Однако одно из особо крупных и длинных щупалец выстрелило мне прямо в грудь.

Рефлексы сработали раньше разума (как и должно быть): я выпустил корзину и схватил щупальце освободившейся левой рукой. Жар был сильным, — даже сквозь защиту я ощутил, как кожа под перчаткой начинает нагреваться, — но не более, кожа саламандры делала свое дело. Схвати я это голой рукой, получил бы сильнейшие ожоги.

Усиление!

Кинжал в правой руке полоснул по бордовой плоти и щупальце отлетело, разбрызгивая дымящуюся жидкость.

Однако краем глаза я заметил еще одно движение.

— ВИА!

Лиана уже была рядом. Она выстрелила навстречу очередному щупальцу, обвилась вокруг него и я почувствовал через связь её боль. Жар чужого отростка обжигал её, но Виа не отступала. Она сжимала, давила, и, что самое важное, начала высасывать силы. В этом была ее самая большая сила.

Я ощутил поток энергии, текущий через нашу связь. Виа пила жизнь из огненного щупальца, превозмогая боль и дискомфорт от температуры. Она справится, я это знал.

Отступил на шаг, ещё на один — и вдруг заметил движение слева.

Часть щупалец тянулась не ко мне, они ползли к корзине — к той самой корзине, где лежал Семя-Скиталец. Я ее оставил неподалеку, шагах в тридцати возле крупного валуна, в его тени.

Конечно! Для них он — лакомый кусок концентрированной энергии: беспомощный, неподвижный и невероятно привлекательный.

Я рванул в сторону корзины, даже не обращая внимание на метнувшиеся ко мне щупальца. Потерять скитальца я не мог. Будь тут рыхлая земля, я бы мог его выпустить и приказать бежать, но тут жесткая, каменная почва. Ему некуда бежать.

Первое щупальце попыталось схватить меня за ногу — я перепрыгнул; второе выстрелило в лицо — я увернулся, едва не потеряв равновесие; третье…

Усиление!

Кинжал рассек бордовую плоть.

Только сейчас я понял, насколько же быстрее и ловчее стал. И это результат и тренировок и Дара, который усиливал мое тело. Просто в обычной жизни это почти незаметно.

Есть!

Прыжком добрался до корзины и закинул ее за спину. Я чувствовал, как Семя-Скиталец внутри тревожно пульсирует: он ощущал угрозу и рвался прочь, но я держал связь крепко.

ТИХО! Я ЗАЩИЩУ.

Клубень немного успокоился.

В тот же миг Седой вылетел из корзины и взобрался мне на плечо.

— Ты куда, дурак! Спрячься!

— Пи! — возмущенно ответил он.

Я рванул в сторону, уворачиваясь от очередного щупальца, и разрубив другое. А потом через нашу с Виа связь пришло что-то странное, что-то новое.

Я обернулся и увидел, как лиана отбрасывает высушенное до состояния сухой коры щупальце. Она выпила его полностью, до последней капли. Вернее, не так: оно отсохло, а его часть спряталась обратно в трещину, а Виа спешила обратно ко мне.

[Виа (Хищная Лоза)

Эволюция: Новое свойство приобретено

«Низкая устойчивость к огню»]

Я замер на долю секунды, осознавая увиденное.

Как с чёрной живой, точно так же. Виа не просто поглотила энергию врага — она адаптировалась к ней. Ее тело приняло частицу огненной сущности и встроило в себя. И тут я понял — это случилось благодаря тому свободному проценту эволюции, который она не успела до конца реализовать. Я влил в неё живу перед спуском в Проплешину, открыл новый процент, но она его ещё не использовала. А теперь она использовала его на адаптацию. Значит, при открытом (пустом) проценте эволюции она может приобретать определенные свойства? Лишь бы добыча была подходящая?