Слишком близко. Слишком ярко.

И потом —

ничего.

— Это уже интереснее, — тихо сказал он.

Голос Каэла вернул её обратно.

Она резко вдохнула, будто вынырнула из воды.

Он повернулся.

И впервые в его взгляде появилось что-то живое.

Интерес.

Не тёплый. Не добрый.

Но… настоящий.

— Расскажи.

Арина вздохнула.

Слова давались тяжело.

Будто она вытаскивала их из глубины, где всё ещё оставался тот мир.

— Я… шла домой. Был дождь. Потом — свет. И всё.

Она замолчала.

И всё.

Как будто жизнь может оборваться так просто.

— Свет?

— Да. Очень яркий.

Она невольно сжала ткань на коленях.

В памяти снова вспыхнул тот момент —

ослепляющий, режущий, стирающий всё.

И странное чувство…

не удара.

А перехода.

— Я не почувствовала боли… — тихо добавила она, больше себе, чем ему.

Каэл задумался.

Его взгляд стал отрешённым, словно он сопоставлял что-то внутри себя.

— Переход.

— Что?

Слово прозвучало чуждо. Почти нереально.

— Ты прошла через разрыв между мирами.

Арина моргнула.

— Такое вообще возможно?!

В её голосе прозвучало всё сразу — страх, неверие, слабая надежда, что это можно объяснить логически.

Но логики здесь не было.

— В Эйрдалисе — да.

Это название легло в сознание тяжело.

Как новое правило реальности.

Эйрдалис.

Не Земля.

Не дом.

Он снова приблизился.

Его шаги были спокойными, но в этом спокойствии чувствовалась опасность.

Как у человека, который уже начал разгадывать загадку.

— Но никто не выживает.

Сердце пропустило удар.

— Спасибо, очень обнадёживает…

Сарказм вырвался сам.

Слишком привычная реакция. Почти из прошлой жизни.

И на секунду она почувствовала себя… собой.

Он чуть усмехнулся.

Лёгкое движение губ. Почти незаметное.

— Значит, ты — исключение

И в этот момент Арина поняла:

это не облегчение.

Это — начало чего-то, что она пока даже не может назвать.

И, возможно… гораздо опаснее, чем она думает.

КАЭЛ

Он назвал своё имя — и внимательно посмотрел, как оно отзовётся в ней.

Люди обычно реагировали одинаково.

Напряжение. Узнавание. Иногда — страх.

Она просто запомнила.

Без понимания.

Без ассоциаций.

Значит, действительно не отсюда.

— И ты сейчас находишься в доме, где ложь… не прощают.

Он сказал это не для угрозы.

Для проверки.

Если она лжёт — начнёт защищаться.

Если нет — будет держаться за правду, даже если она звучит безумно.

— Я не вру.

Тихо.

Слишком тихо для уверенной лжи.

Он почти сразу отметил: голос не дрожит от расчёта.

Он дрожит от… реальности происходящего.

— Все так говорят.

Он начал двигаться.

Медленно, по дуге, обходя её.

Не отводя взгляда.

Он всегда так делал.

Движение сбивает. Давит. Выводит на ошибки.

Но она не пыталась играть.

Она просто чувствовала.

И это было непривычно.

— Лиара умерла этой ночью.

Он наблюдал.

Удар.

Настоящий.

Не сыгранный.

Не выверенный.

— Что?..

В этом звуке не было защиты.

Только растерянность.

Она не знала.

Вывод лёг в сознание спокойно, без эмоций.

Как факт.

— Её душа исчезла. А ты… появилась.

Он ждал.

Паника?

Ложь?

Попытка оправдаться заранее?

Она опустила взгляд.

И в этот момент он заметил деталь:

её реакция была направлена не на него — а внутрь себя.

Она пыталась понять.

Не защищается. Осмысливает. И говорит ему, что она ее на убивала.

Слишком быстро.

Но не потому что готовилась.

Потому что это — первое, чего она испугалась сама.

— Возможно.

Он отвернулся к окну.

Не потому что терял интерес.

А чтобы дать ей пространство.

Люди в тишине раскрываются быстрее.