Путь трёх совершенствований. Том 2
Магия пришла в мир с этими монстрами из порталов, но досталась она лишь избранным.
Теперь одарённые худо-бедно отражают атаки.
Неодарённые живут в страхе. Но вот у меня, простого парня из гетто, появилась Система. А если я такой не один? Вдруг это новая сила, призванная навести порядок.
Глава 1
Двенадцать фигур всё так же образовывали идеальный круг, держась друг от друга на расстоянии в шаг.
— Случай деликатный, — подал голос тот, что носил имся Белый Пепел. — Голос «За» придётся обосновать. Говорю сразу, я против того, чтобы Михаил брал ученика так рано.
— Голосуйте, глядя вперёд, а не назад, — сказал Кеншин. — Прошлые заслуги ничего не значат на ниве грядущего. Я за! Михаилу я доверяю больше, чем себе.
Слово перешло к стоящему по часовой стрелке. Силуэт начал обретать детали и для большинства присутствующих предстал в виде маленького мальчика.
— Кандидат слишком юн. Я, честно говоря, и не припомню, когда такой последний раз попадал в руки Круга. Я бы предпочёл ещё понаблюдать за ним всем вместе, но раз уже вынесено на совет, да будет так! Я за.
Свет сгустился вокруг следующей фигуры, выхватывая из тени серо-синюю ткань ханьфу. Девушка строго смотрела на Михаила.
— Не томи, Кора, — не выдержал он.
— Я против!
Мужчина смиренно кивнул.
— Эл, твоё слово.
Фигура лишь, мотнула длинными патлами, выражая согласие, и села на корточки.
— Сэм.
Кудрявый толстяк порылся в жилетке в поисках чего-то, но не найдя искомое, сказал.
— Если Путь так милостив к нему, кто мы такие, чтобы спорить. Пусть идёт. Посмотрим, как далеко он сможет зайти. Я за.
Михаил благодарно кивнул.
— Оби.
Мужчина скинул капюшон и даже продвинулся на половину стопы. Провёл рукой по бороде и сказал:
— Вспыльчив. Чувствую я, не обуздал он ещё ничего внутри себя. Такому знания доверять нельзя. Я уже проходил через это. Убивать ученика… нет ничего хуже, даже убивать учителя не так страшно.
На этих словах все двенадцать вздрогнули.
— Я против! — подвёл итог своим словам Оби.
— Скинефа?
— Если бы мы могли повернуть время вспять, мой голос был бы твой братец. Но если он совершит ошибку, поворотом стрелки часов ничего не исправишь. Так что я против.
И снова Михаил лишь смиренно кивнул.
— Дьюкс, что ты скажешь? — перевёл взгляд на следующего виновник собрания.
— Мне не жалко поделиться знаниями. В способностях Михаила я не сомневаюсь. Наставником быть большой труд и, если он окупается, большое благо. Но в чудо верится с трудом. Парень не готов. Я против.
— Боло, на какую чашу весов твой голос?
— Не в твою пользу, брат. Прости.
Михаил лишь поджал губы.
— Йетемора, хоть ты меня обрадуй, сестра.
— Какие вы все чёрствые. Разве так нас учили? — укоризненно произнесла она. — Вы забыли силу юности. Дети как пластилин, может, в этом и был секрет все эти годы? Мы пытались рубить камень, а нужно было лепить мякиш. Он засохнет и станет твёрдым. Я за тебя, брат. Учи. Учи, как умеешь только ты, как научил всех нас. Личным примером.
— Да будет так! — провозгласил Белый Пепел. — Шесть на шесть. Совет принял решение. Выбор остаётся за тобой. Рад был всех видеть, дорогие. До встречи.
Одиннадцать фигур потускнели, оставив Михаила в одинокой задумчивости. Ему ведь отнюдь не голосование нужно было, а советы, но всё, что сделали братья и сёстры, это оставили его в этой битве одного.
Буян шёл по родному гетто. Непривычная тишина ласкала уши. Свобода ощущалась так, словно если он сейчас ускориться, то взлетит. Он принюхался. Из подворотни несло чем-то потусторонним. Парень хмыкнул. Слишком хорошо научился чувствовать подобное.
Нет. Он не будет вмешиваться. Он своё уже отпахал. За этих людей он пролил слишком много своей и чужой крови. Эта не его битва. Пусть район сам постоит за себя.
Когда автоматика подала сигнал о прорыве, дежурный глазам не поверил. Несколько мгновений он тупо пялился в экран, думая, что это ошибка. Не может два раза подряд внеочередной случиться. Он судорожно пытался вспомнить инструктажи, говорилось ли там о таком? Было ли хоть раз за историю наблюдений?
Кто знает, во сколько бы сотен жизней обошлась его нерешительность, если бы в дежурку в этот момент не зашёл начальник службы Александр Гравц, у которого, вообще-то, сегодня выходной. Опытному вояке хватило доли секунды на оценку ситуации. Он рванул к пульту, отпихнул подчинённого, врубил тревогу и быстро затараторил в микрофон.
— Всем постам, боевая тревога! Это не учения. Второй внеочередной!
Дежурные команды были не полные. Никто не ждал атаки, так что можно не сомневаться, все, кто мог отпроситься — отпросились, многие ещё не зализали раны с прошлого неожиданного вторжения, а часть личного состава определённо маялась с похмелья.