— А сейчас?

— Сейчас это всё уже не имеет значения, — её лицо пересекла почти искренняя улыбка. — Позволь, я тебя поздравлю, мой любимый братец!

Она обняла меня.

Тёплые руки на плечах. Запах дорогих духов… Но тут же вылезло системное уведомление.

????????????????????

ВНИМАНИЕ!

УГРОЗА!

КОЛЮЩЕЕ ОРУЖИЕ.

ДИСТАНЦИЯ: 0.1 МЕТРА.

????????????????????

Я сразу же оттолкнул ее.

Роксана пошатнулась, но устояла на ногах. В её руке блеснул нож. Тонкий, длинный, с изумрудом на рукояти.

— Ах ты, сука! Вот, значит, какая у нас семейная любовь? — зло процедил я.

— Не называй меня так, ублюдок, — маска была сброшена, и она быстро, одним движением, достала свой револьвер, после чего, нацелив его на меня, со злобой, гневом и раздражением, которые проявились на её, обычно безэмоциональном лице, произнесла. — Я не сука! Я старшая дочь рода Изумрудовых!

Адвокат поднялся со своего места и, раскрыв рот в удивлении, недоумённо наблюдал за происходящим. Наконец, ему удалось справиться с собственными эмоциями, и он решил вмешаться в зарождающуюся трагедию, громко крикнув и отступая к стене.

— Роксана Алексеевна! Что вы делаете?! Ваш отец бы не одобрил такое поведение!

Роксана тут же повернулась к нему, направила на него своё орудие и выстрелила. Точно в лоб.

Старик рухнул на пол, заливая его кровью. Его очки с большими линзами упали рядом с ним.

— Что стоите? — эмоционально крикнула Роксана, поворачиваясь к близнецам и указывая на меня и приказала. — Убейте его!

Борис и Глеб переглянулись.

Секунду я думал, что они не послушаются. Что в них осталась хоть капля совести. Как же я ошибался… Эти два психопата достали револьверы.

— Бежим! — заорал я, хватая Клюева за руку.

Мы рванули к выходу.

Сзади грохнул выстрел. Мимо. Пуля врезалась в косяк в двух сантиметрах от моей головы.

— Быстрее! Они рядом! — крикнул Гришин, толкая меня в спину.

Мы вылетели в коридор.

За спиной был слышен топот ног. Близнецы бежали за нами.

— Вверх! — я свернул к лестнице. — Там есть второй этаж?

— Есть! — крикнул Клюев. — Мы анализировали усадьбу перед приездом. Кабинет отца на втором этаже! Там можно запереться на время.

— Веди тогда! — крикнул я.

Лестница была широкой, мраморной. Мы взлетели по ней в три прыжка. Сзади снова раздался выстрел. На этот раз пуля отколола кусок перил.

— Суки! — зло крикнул я, оборачиваясь и делая пару выстрелов не целясь

Оба прошли мимо.

Второй этаж встретил нас длинным коридором с портретами. Глаза предков смотрели с еле заметным осуждением. Хотя, казалось бы, почему на нас?

— Тут налево! — скомандовал Клюев.

Мы свернули. В конце коридора ждала тяжёлая дубовая дверь.

— Забегайте! — крикнул профессор.

Я влетел внутрь. Клюев и Гришин за мной. Я захлопнул дверь и закрыл её на засов.

Секунда… Две… И вот дверь начала трястись от посыпавшихся на неё ударов.

— Они уже здесь… — с ужасом в голосе пробормотал Гришин, прижимаясь к стене.

— Серьезно? Не шутишь? — издевательски крикнул я в ответ.

Клюев всё это время стоял и пытался настроить тот самый неизвестный мне прибор, который он то и дело держал в руках.

— Что это? — спросил я.

— Телепорт, — сказал Клюев, заметив мой интерес. — Я без него из дома не выхожу, а уж в логово к таким психам, как ваши родственники, точно взял!

— Вы чертовы гении! — я облегчённо выдохнул, успокаиваясь. — Включайте же его быстрее.

Клюев закончил последние настройки, нажал кнопку и устройство зашумело и засветилось синим блеском.

— Нужно время… — тихо сказал он. — Минута. Может быть, даже, две.

— Только вот проблемка есть. У нас нет двух минут, профессор!!! — крикнул я в ответ, кивнув на дверь.

С той стороны что-то грохнуло. Близнецы били в дверь.

— Открывайте, ублюдки! — заорал Борис. — Кончай бегать, малой! Давай закончим это всё как мужчины: лицом к лицу! Решим всё как наши предки!

— Не открою! — крикнул я в ответ. — Вы кто такие? Я вас не звал! Идите на хрен!

— Если ты откроешь сам, то мы убьем тебя быстро. Без мучений! — смеясь добавил Глеб. — Соглашайся! Это отличное предложение. И на сегодня — последнее.

— А я, может быть, мазахист, — ответил на его «щедрое» предложение я. — Нет, парни! Давайте, вы там, как-нибудь, сами!