На следующий день он исполнил распоряжения покойного и при этом столкнулся со странным и неожиданным происшествием. Как раз в тот момент, когда свинцовый гроб опускали в усыпальницу, её крышка с громким грохотом захлопнулась, и перепуганные носильщики выпустили из рук ремни, закреплённые на кольцах гроба.

Молодой лэрд приказал открыть усыпальницу и достать ремни, но когда крышку подняли, оказалось, что и гроб, и ремни бесследно исчезли. Все решили, что здесь не обошлось без происков самого дьявола, ибо склеп был сложен из цельного камня, без единой трещины, в которую можно было бы просунуть даже острие меча. С того дня ни лэрд, ни его слуги не желали иметь с замком Бладмантон ничего общего.

В тот же день они всем скопом покинули замок и нашли временный приют в домах арендаторов, пока молодой лэрд не отстроил себе новую крепость, ближе к деревне.

Мы допивали уже по пятой кружке эля, когда Сэнди закончил свой рассказ.

– И вы хотите сказать, что с тех пор в замке никто не жил? – спросил Андерсон.

– С тех самых пор ни одна живая душа там порога не переступала, – ответил Сэнди, – но сколько еще ходит легенд о путниках да охотниках, что проходили мимо замка в ночи и слышали страшные звуки да вопли, от которых кровь стынет в жилах и мертвые восстать готовы.

– Мне до смерти хочется взглянуть на эти старые руины, – сказал Андерсон.

– Давай сходим и осмотрим их, – предложил я.

Андерсон с грохотом поставил кружку на стол.

– Придумал! – воскликнул он. – Мы отправимся туда и заночуем! Вот это будет приключение. Только представь: разбить лагерь под стенами замка, набитого призраками! Может, удастся кого-нибудь увидеть, а может – услышать их вой.

– Моя повозка ждёт снаружи, – сказал Сэнди, заметно разомлевший от выпитого эля. – Я подброшу вас, успеете осмотреть руины до заката. Но послушайте совета старого Сэнди Макгрудера: разбивайте палатку в другом месте. Что до меня, я бы не остался на ночь в тени стен замка Бладмантон даже за всё серебро эдинбургских банков.

Мы закинули рюкзаки на спины и пошли за стариком на улицу, где у полуразвалившегося шарабана стояла тощая, длинноногая и шелудивая кляча. Наша колымага угрожающе заскрипела, едва мы забрались внутрь, и мы покатили вперед, с грохотом и тряской прокладывая путь по пыльной дороге.

Так мы проехали мили четыре, после чего свернули на узкую тропу, ведущую сквозь густую тенистую чащу. На крутом повороте перед нами внезапно выросло величественное сооружение – величественное вопреки полуразрушенным башням, оголенным остовам дозорных вышек, обвалившимся навесным бойницам и искрошенным временем крепостным зубцам и амбразурам. Замок стоял частью на склоне холма, частью на ровном дне долины. Извилистая дорога вывела нас прямо к потайной задней двери, к которой была прислонена подгнившая лестница, и повела дальше – к косогору как раз напротив подъемного моста, где из земли бил родник с чистой, искрящейся водой.

– Ну вот, – сказал Сэнди, спрыгивая с телеги с поразительной для его лет ловкостью. – Как говаривал ваш генерал Першинг у гробницы Лафайета: «Мы здесь».

– Идеальное место для лагеря! – воскликнул Андерсон, и мы разом спрыгнули на землю.

Мы принялись наперебой просить Сэнди провести нас по замку и показать места, о которых он рассказывал, но старик наотрез отказался.

– Я в это дурное, обжитое призраками место не сунусь, даже если бы мне отдали все земли нашего прихода, – отрезал он. – И если у вас на уме то же самое, заклинаю вас: поберегитесь. Пускай вы и были бравыми солдатами и разбили врага наголову, помните – у человека бывают такие враги, которых пулей да штыком не одолеть.

– Если ты намекаешь на Его Сатанинское Величество и его бесенят, – с улыбкой отозвался Андерсон, – то лично я охотно рискну. Мне уже доводилось воевать в рядах «Дьявольских псов» [2] и бок о бок с «Адскими леди» [3] .

– Да пусть приходит хоть сам Вельзевул, – подхватил я, – и прихватит с собой парочку своих мерзких прихвостней. Что до призраков, мне прямо-таки любопытно послушать их вопли. Право, вряд ли на свете найдется что-то более занимательное, чем тварь без легких и голосовых связок, способная истошно орать.

Сэнди печально отвернулся.

– Эх, бедные вы, неразумные ребята, сами не ведаете, о чем так легкомысленно толкуете. Не сомневаюсь, вам придется дорого заплатить за каждое слово. Но раз уж вы не собираетесь возвращаться со мной, мне пора в путь – ночь-то скоро опустится.

Старик наотрез отказался брать деньги за помощь, так что мы от всего сердца поблагодарили его и весело распрощались. Он укатил, и его повозка еще долго громыхала по извилистой тропе.

Я принялся было разворачивать палатку, но Андерсон перехватил мою руку.

– Подожди, Арт, – сказал он, – у меня есть идея.

Я вопросительно взглянул на него.

– Нет никакой необходимости ставить палатку сегодня ночью, – продолжил он.

– Ах вот какая у тебя идея? Смотри, от таких великих мыслей тебе скоро шляпа мала станет. Что касается меня, я собираюсь спать под брезентом. В воздухе пахнет дождём, да и…

Андерсон посмотрел на меня с легкой обидой.

– Если бы ты соизволил выслушать меня до конца, а не делать столь чертовски поспешных выводов, то, возможно, передумал бы. Кто вообще говорил про сон под открытым небом? Я собирался предложить переночевать под крышей.