Он — тот самый тип мужчин, которых она знает слишком хорошо. Нарцисс. Как и её отец. Харизма, холодный расчёт, обаяние, за которым скрывается лёд и манипуляции.
Но у неё нет выбора. Чтобы спасти этот загадочный мир, ей нужно поставить печать на портале. А её наставником по магии становится… он. Именно он.
Чем закончится их странное сближение? Что скрывает Леонард под маской совершенства? И действительно ли Анна — избранная, или за этой ролью скрывается нечто гораздо более страшное?
Погрузитесь в историю, где прошлое не отпускает, а любовь появляется там, где её меньше всего ждёшь.
Пролог
Двери в конце зала распахнулись — с той особой, драматической медлительностью, которая бывает только когда входящий уверен: все и так смотрят туда. И будут смотреть, даже если он войдёт через час или два.
Анна позже, перебирая это воспоминание (а она будет перебирать его — сотни раз, проклиная себя за это), так и не смогла вспомнить, вошёл он один или с кем-то. Потому что всё остальное исчезло. Пространство вокруг словно выдохнуло, сжалось, отступило, освобождая место — только для него.
Граф Леонард де Винсэ.
Высок. Анна редко встречала мужчин, на которых нужно смотреть снизу-вверх даже на расстоянии. Этот был из таких. Широкие плечи обтянуты тёмно-серым камзолом, расшитым серебряной нитью. Воротник стоячий, с гербовой застёжкой. Волосы — чёрные, длинные, до плеч, чуть вьющиеся на концах. Падающие на лицо, когда он поворачивал голову, — и он поворачивал её медленно, как хищник, сканирующий стадо.
Плащ — тёмный, бархатный, на одном плече, подбитый мехом (соболь? куница?). Сапоги из мягкой кожи, без каблука, почти бесшумные — но Анна всё равно слышала каждый шаг.
Его глаза она увидела, когда он поднял голову. Серые — нет, не так. Пепельные. С искрами — мелкими, золотистыми крапинками, которые двигались, когда он моргал. Как будто внутри глаз горел слабый, но неутолимый огонь. Они смотрели лениво, свысока, с той особой аристократической скукой, которая бывает у людей, видевших слишком много и переставших удивляться.
Губы с чуть приподнятым левым уголком. Усмешка, застывшая полумаской. Постоянная. Изучающая. Она спрашивала: «Ну? Развлечёшь меня хоть чем-то?»
Позади в шагах в пяти, шёл молодой мужчина (оруженосец? друг?) — светловолосый, с веснушками, похожий на пса, который привык бегать за хозяином и радоваться жизни. Но на него никто не смотрел.
Потому что все женщины в зале обернулись.
Анна видела это краем глаза — синхронный разворот голов, короткие вздохи, веера, замирающие на полпути. Одна дама (молодая, в розовом) прижала руку к груди и чуть не выронила перчатку. Другая (постарше) одёрнула платье и поправила причёску — зачем? Он и не взглянул в их сторону.
Граф прошёл через зал, не ускоряя шага. Он двигался так, будто пространство было водой, а он — плывущей тенью. Бесшумно. Невозмутимо. И абсолютно уверенно, что никто не посмеет встать у него на пути.
Анна почувствовала, что её плечо кто-то сжал — Форин, который незаметно шагнул ближе.
— Граф Леонард, — тихо сказал он. — Глава дома Винсэ. Личный советник королевы по магической безопасности. Третий в линии престолонаследия. И, как вы, наверное, уже заметили, — Бич Дамских Сердец.
— Заметила, — сквозь зубы процедила Анна.
Отчего-то внутри неё поднималось раздражение — липкое, нелогичное, почти физическое. Как будто кто-то включил в её желудке миксер. Граф не сделал ей ничего плохого. Он даже не посмотрел в её сторону.
Но это-то и бесило.
Он остановился в трёх метрах от неё — там, где заканчивался ковёр и начиналось свободное пространство перед тронным возвышением. Советники расступились — не от страха, от привычки. Королева благоволила графу, и никто не хотел с ним ссориться.
Граф обвёл зал взглядом — вяло, с неохотой, как делают одолжение. Остановился на советниках, кивнул (чуть-чуть, только подбородком). На Форина посмотрел дольше — без вражды, но без тепла. На Герольда — равнодушно. На придворных — скользнул, не задерживаясь.
И наконец перевёл глаза на Анну.
Она замерла. Не от страха — от того самого чувства, когда понимаешь: тебя сканируют. Как на таможне, когда рандомно проверяют багаж, и ты не знаешь — найдут там что-то или обойдётся. Но вместо привычного таможенного равнодушия в этом взгляде была… скука.
Глубокая, вселенская скука человека, который уже всё видел. Которого ничем не удивить. Который задавал вопрос «ну и что дальше?» уже тысячу раз и до сих пор не получил внятного ответа.
Взгляд задержался на её лице — на секунду, на две. Потом скользнул ниже: платье, руки, пустой пояс (здесь все носят кинжалы). И вернулся обратно к лицу.
Граф Леонард де Винсэ посмотрел на Анну.
И сказал, чуть склонив голову набок — тем самым тоном, которым спрашивают «опять?»:
— Ещё одна?